Архитектор Чирилло не рад концу своей карьеры в России

6334
0
63340
Источник: Медуза
62-летний итальянец Ланфранко Чирилло — архитектор «дворца Путина» из расследования команды Алексея Навального — несколько лет назад покинул Россию, несмотря на дарованное ему президентом гражданство РФ и множество выгодных заказов. Журналисты медиапроекта «Четвертый сектор» по просьбе «Медузы» связались с Чирилло, чтобы выяснить у него, как строилась знаменитая резиденция в Геленджике — и почему, несмотря на фантастическую карьеру в России, он обижается на местных чиновников и решил вернуться в родную Италию.

«Виноделие у меня [там] есть. И еще квартира в Москве. Приеду — живу. Ничего больше нет у меня в России. Нет компаний, нет сотрудников», — уверяет «Медузу» Ланфранко Чирилло. Его имя вновь появилось в заголовках СМИ после выхода расследования команды Алексея Навального об огромной секретной резиденции Владимира Путина в Геленджике. Впрочем, большинство статей о Чирилло — пересказ уже известного ранее, ведь о строительстве дворца по проекту итальянского архитектора стало известно еще десять лет назад.

Чирилло с легкостью согласился поговорить с «Медузой», волнуясь лишь о том, хорошо ли у него получается изъясняться по-русски: «Давно не говорю, нет практики. Я скажу „направо“, а вы напишете „налево“». По его словам, поскольку в России у него теперь нет ни «личного интереса», ни бизнеса, говорить он может «абсолютно спокойно». «Но что я вам скажу? Боюсь, это не очень интересно», — добавляет человек, которого и российская, и западная пресса называет теперь «архитектором Путина». 

Длившиеся больше 20 лет отношения 62-летнего Ланфранко Чирилло с Россией завершились четыре года назад. Но самое знаменитое его детище — дворец на мысе Идокопас — по-прежнему не достроен.

Молодой человек с небольшими знаниями

О жизни Ланфранко Чирилло до приезда в Россию известно немногое, а рассказывает он об этом периоде неохотно.

Родился Чирилло в Венеции в 1959 году. Учился в венецианском университете CaʼFoscari. Сомнения журналистов в том, что он настоящий архитектор (журнал The New Times писал, что имени Ланфранко нет в списках итальянских гильдий архитекторов), Чирилло отвергает. «Все итальянские и международные издания называют меня архитектором, никто даже не сомневается. Я показывал [им] свой итальянский диплом, все в порядке», — говорит Чирилло «Медузе».

Однако он отказался показать «Медузе» этот диплом. «Вы серьезно думаете, что я мог бы спроектировать и сделать то, что я сделал, без образования?! Это нелепо», — возмущается Чирилло. Под российскими проектами он подписывался названием своей студии (Lanfranco Cirillo Masterskaja), а не собственным именем якобы потому, что итальянский диплом здесь «не котируется». «Я подписывался как дизайнерская мастерская. Думаю, это абсолютно легально», — говорит итальянец.

После учебы в университете Чирилло, по его словам, «получил опыт как дизайнер мебели и интерьеров» в Италии. Потом сделал «несколько проектов» в Саудовской Аравии, Венгрии и Узбекистане. Ланфранко не стал углубляться в воспоминания об этих временах, поскольку его «настоящая карьера» началась только в России. 

Он приехал сюда в 1993 году «с портфелем представителя мебельной фирмы Mascagni», писала в 2014-м газета La Repubblica. В 2016-м в интервью «Дождю» Чирилло рассказывал, что просто «гулял в Милане», когда ему позвонили из Москвы: «Позвонил мой коллега и сказал: „Здесь есть русские, которые здорово говорят по-немецки. Ты говоришь по-немецки?“ Я сказал: „Слушай, я по-немецки говорю четыре слова“. „Ну, это лучше, чем я, приезжай“. Вот так я приехал. И там был человек, который хотел стройку на даче под Москвой. Я как итальянский традициональный авантюрист сказал: „Ладно, приеду, посмотрим“. И так начинал».

«Никакой это был не известный человек! — говорит „Медузе“ о своем первом российском заказчике Чирилло. — Обычный коммерсант, армянин. Он хотел построить маленькую дачу. По-моему, на Рублевке». Его фамилию Чирилло уже не помнит, только имя — Рустам. 

Архитектору тогда было 34 года — «молодой человек с небольшими знаниями», как он сам говорил про себя. В спецвыпуске бизнес-журнала Milano Finanza International Russia — Italia о России он рассказывал, что ездил на метро и «жил в хибаре». С его слов, в Италии в те годы архитектору делать было нечего: из-за сложностей с оформлением проектов «вершиной амбиций для профессионала было построить пару таунхаусов». 

Благодаря своей первой стройке в России для клиента, фамилии которого он уже не помнит, Чирилло познакомился с Вагитом Алекперовым (в 1993-м Алекперов стал президентом «Лукойла»), начал работать на крупные компании и их топ-менеджеров, а уже в 1995 году открыл офис на Новом Арбате. «Через год мы заработали 15 миллионов долларов. Потом стабилизировались около 30–40 миллионов [годового оборота]», — говорил он в интервью итальянскому журналу. 

В последующие годы Ланфранко проектировал объекты для крупных компаний вроде «Лукойла», «Газпрома» и «Новатэка», роскошные дома, апартаменты и целые коттеджные поселки (выполняя при этом и экзотические пожелания вроде тира в подвале или статуи заказчицы на территории ее особняка). В основном, говорит Чирилло, объекты располагались на Рублевке, но строил он и в Санкт-Петербурге, и за границей. Занимался Чирилло и дизайном интерьеров — двухуровневого пентхауса в жилищном комплексе «Полянка плаза», а также лодок и самолетов. 

В течение следующих 20 лет итальянский архитектор обрастал знакомствами, связями, бизнесом и недвижимостью. «Жены миллиардеров звонили мне в Италию и заставляли лететь в Москву просто для того, чтобы узнать, как использовать новенькое столовое серебро или декантер для вина», — рассказывал Чирилло итальянскому бизнес-журналу. 

Судя по базе данных «СПАРК-Интерфакс», в начале 2000-х Чирилло стал собственником квартиры в многоквартирном доме в Большом Козихинском переулке в Москве (Ланфранко указан как член правления ТСЖ «Тай», управляющего этим домом; сам он утверждает, что об этом жилтовариществе даже не слышал). По соседству с ним жильем владели представители топ-менеджмента «Лукойла»: Нелли Алекперова (сестра Вагита), Фикрет Алиев и Ярославль Петрашов.

С Петрашовым же в начале нулевых Чирилло учредил ООО «Стар трейдинг инжиниринг». Единственный вид деятельности компании, по данным «СПАРК-Интерфакс», — покупка и продажа земли. Организация зарегистрирована в поселке Абабурово под Москвой.

Там, неподалеку от так называемых дач писателей, на бывших землях Литфонда СССР, возвели несколько частных домов, которые в 2008–2009 годах были записаны на «Стар трейдинг» (выписки есть в распоряжении редакции «Медузы»). На Wikimapia (карта с функцией свободного редактирования) место обозначено как «коттеджный поселок „Лукойла“». На риелторских сайтах в объявлениях о сдаче и продаже недвижимости в Абабурово также подчеркивают, что рядом находится поселок ОАО «Лукойл».

«Очень красивый, но не самый выдающийся» дворец в Геленджике

Работу над объектом, который наделал столько шума в России в 2021 году, Ланфранко Чирилло начал в середине 2000-х. Свою причастность к проекту он не отрицает, однако отказывается подтвердить, что дворец связан с Владимиром Путиным (этой же позиции Чирилло придерживался и раньше). Статусом «архитектора Путина» он гордится — однако подчеркивает, что «к сожалению, это неправда».

На вопрос, для кого именно проектировал дом в Геленджике, Чирилло отвечает: «Для „Стройгазконсалтинга“. Я кучу строил для „Стройгазконсалтинга“, я до фига строил на то время. Для кого? Что вы имеете в виду? Для „Стройгазконсалтинга“, для кого… Сделал свою работу, получил деньги». Что еще он проектировал для «Стройгазконсалтинга», Чирилло не уточнил.

Техзадание и прочие пожелания заказчика, по словам Чирилло, ему формулировал президент «Стройгазконсалтинга», на тот момент — Зияд Манасир. «Не знаю, как и с кем он был связан. Но в то время была сотня компаний, работающих на него», — говорит Ланфранко.

Манасир — иорданский бизнесмен, основатель «Стройгазконсалтинга» и корпорации Manaseer Group, базирующейся в Иордании. Он косвенно связан с президентом России через акционера «Стройгазконсалтинга» Ольгу Григорьеву, которую называют дочерью друга молодости Путина, бывшего главы Росрезерва Александра Григорьева. Кроме того, Манасир был в списке гостей со стороны жениха на свадьбе Кирилла Шамалова и дочери Путина Екатерины Тихоновой в феврале 2013 года. На момент публикации этого материала пресс-служба Manaseer Group не ответила на вопросы «Медузы», отправленные по имейлу и в вотсапе.

На вопрос, видел ли он когда-либо президента России, Ланфранко отвечает, что «никогда не встречался с Путиным в Геленджике», но уточняющие вопросы на эту тему игнорирует. Так же, как и вопросы о знакомстве с другими высокопоставленными чиновниками и топ-менеджерами госкорпораций.

В 2014 году La Repubblica писала, что «дача Путина» на Черном море «должна была составить конкуренцию вилле [бывшего премьер-министра Италии Сильвио] Берлускони на Сардинии». Эта летняя резиденция прославилась благодаря секс-скандалам, связанным с именем итальянского лидера. Параллели с виллой проводит и российский расследовательский проект The Insider, отмечая, что проект на мысе Идокопас начали разрабатывать через пару лет после визита Путина в Сан-Мартино.

Чирилло эту связь отрицает: «Они разные по размеру и стилю. Вилла [Берлускони] „Чертоза“ французско-средиземноморская, а дворец в Геленджике — неоклассический. „Чертоза“ — тысяча квадратных метров, территория около 80 гектаров, все разное…»

Впрочем, на виллу «Чертоза» по стилю похоже шато, расположенное неподалеку от Прасковеевки в Дивноморском, на территории винного завода «Лазурная ягода», которое один из источников «Медузы» охарактеризовал как «Димину дачу».

В 2014 году журнал The New Times опубликовал расшифровку разговора о «пансионате в Прасковеевке». В ней участвуют трое: «Олег Кузнецов» (на тот момент — начальник войсковой части № 1473 ФСО, которая выступала заказчиком строительства дворца), «Николай Шамалов» (член кооператива «Озеро», будущий свояк Путина) и «Ланфранко Чирилло». Из текста следует, что «Ланфранко» не только «нарисовал» проект, но и участвовал в его реализации.

«Уже все готово на эти 30 миллионов [евро], потом, конечно, девять миллионов инженерия, есть еще черные работы, потом шпатлевка, штукатурка на все фасады, монтаж», — цитирует издание «Чирилло». Его спрашивают, как перевести деньги за «монтаж, доставку и так далее», а итальянец якобы отвечает: «Можно в чемодане».

В разговоре с «Медузой» на вопрос об этом эпизоде итальянец ответил: «Не помню такого». Вокруг проекта много «домыслов и новостей безо всяких оснований», добавил он: «Мне кажется, в России многие журналисты просто пишут, что хотят». 

Связь с зарегистрированной в Вашингтоне компанией Medea Investment, которая, по данным Reuters, занималась поставками итальянских строительных материалов для «дворца», Ланфранко отрицает: «Medea не моя. Думаю, это была компания-мостик для того, чтобы перевести деньги в Италию [чтобы купить мебель], все абсолютно легально». 

Дворец в Геленджике Ланфранко называет «очень красивым, но не самым выдающимся». Итальянскому сайту InfoBuild архитектор рассказывал, что одним из объектов, которые принесли ему наибольшее удовлетворение, был деревянный мост в этой же резиденции, построенный к так называемому чайному домику.

Задача эта оказалась нетривиальной: длина сооружения составляла около 100 метров, при этом опереть его было не на что. Предложение построить мост «стоя», а затем опустить его с противоположной стороны, высказали в шутку — но в итоге реализовали именно его. «Мы были как дети, играющие с Lego и игнорирующие законы физики», — вспоминает Ланфранко. В публикации сооружение обозначено просто как мост на «черноморском побережье», но архитектор подтвердил, что он — «тот самый». 

В конце нулевых, по данным издания The Bell, Ланфранко стал собственником 172-метровых апартаментов в самом дорогом объекте недвижимости страны — башне «Федерация» в «Москва-сити» (квартиры примерно такой площади без отделки на ЦИАН продаются почти за 78 миллионов рублей). Там же, в башнях «Город столиц», архитектор, по сведениям The Bell, купил еще две квартиры — площадью 185 и 222 квадратных метра.

Примерно в тот же период он вошел в число собственников ООО «Стройгазкомплект» — именно оно будет юридическим лицом его архитектурной мастерской. Фирма связана с уже упоминавшимся «Стройгазконсалтингом» — по данным «СПАРК-Интерфакс», изначально в ее учредителях числились топ-менеджеры «Стройгазконсалтинга», в том числе и Зияд Манасир.

Lanfranco Cirillo Masterskaja, «Стар трейдинг» и «Стройгазкомплект» также упоминаются в резюме итальянца Паоло Винчигерры, который, судя по его профилю на сайте LinkedIn, с 2010 по 2012 год работал старшим проектировщиком на объекте в Геленджике, в котором безошибочно угадывается «дворец Путина». На вопросы «Медузы» Винчигерра не ответил.

«Заработал, забрал домой, молчи»

Живя в России, Ланфранко не забывал про свое многолетнее увлечение парусным спортом. «Весной 2012 года в ассоциацию яхт класса „Финн“ в Москве обратился забавно выговаривавший русские слова итальянец по имени Ланфранко», — так начинается статья, опубликованная в журнале ассоциации (номер есть в распоряжении «Медузы»). Чирилло пришел туда с вопросом, можно ли ему «как-то потренироваться».

Уже позже столичные «финнисты» узнали, что на родине у итальянца есть профессиональная команда Fantastica, выступающая под его руководством. Впоследствии через «Фантастику» прошли несколько российских «финнистов» — и молодых, и опытных вроде Юрия Токового, вместе с которым Ланфранко реализовал «революционный и амбициозный проект нового корпуса яхты „D-Fantastica“». Автор публикации называет Чирилло «уникальным иностранцем, который делает для нашей страны более, чем многие русские».

В статье утверждается, что российское гражданство Ланфранко получил в том числе благодаря ходатайству ассоциации. Сам Ланфранко рассказывал, что с этим ему помогло письмо в администрацию президента. Гражданство ему дали в августе 2014 года президентским указом. 

Спустя пару месяцев после этого Чирилло стал акционером банка «Союзный» — кредитного учреждения с непростой репутацией (в 2013 году в «Союзном» проводились обыски в рамках уголовного дела о незаконной банковской деятельности). В число совладельцев архитектор вошел почти одновременно с Татьяной Кузнецовой, женой бывшего начальника ФСО Кремля Анатолия Кузнецова (в расследовании о «дворце Путина» она фигурирует как собственник одной из компаний, управлявших резиденцией).

По словам Чирилло, он был клиентом учреждения, однако дела у банка пошли плохо, он не смог обслуживать счета итальянца и взамен предложил пакет акций. «Стать акционером [„Союзного“] было худшей идеей в моей жизни», — говорит «Медузе» Чирилло. Позже, в 2018 году, из-за «сомнительных операций» у банка отозвали лицензию, в 2020-м его признали банкротом, деньги Ланфранко потерял.

При этом бизнес итальянца рос — несмотря на то, что его Masterskaja работала без сайта, рекламы и даже вывески на офисе, попасть в который «с улицы», по утверждению The New Times, было невозможно. «В те годы я был определенно самым модным архитектором в России, — говорит Чирилло сегодня, добавляя, что ему не нравится быть на виду: — Я всегда старался вести себя сдержанно: заработал, забрал домой, молчи».

Если в 2012-м в компании Чирилло, с его слов, работало больше ста человек, то в публикации 2014 года он утверждал, что у него уже «тысяча служащих и годовой оборот в сотни миллионов». В его офисе на 3-й Фрунзенской располагался небольшой спортивный зал, а на стенах, как писала La Repubblica, висели портреты Путина.

«Как и 92–93% населения России, я люблю нашего президента и считаю его правильным человеком в нужном месте в текущей мировой ситуации», — объяснял Ланфранко в одном из интервью. «Мне нравится [Путин], потому что он снова сделал Россию большой страной. У него интересная интуиция во внешней политике. Он человек, который любит Россию и людей, я это уважаю», — ответил Чирилло на вопрос «Медузы», за что он любит президента.

Весной 2015 года Чирилло стал собственником дома на набережной Геленджика — одного из четырех строений, которые Навальный показывает в своем видео, сопровождая словами «небольшой бонус — чтобы вы поняли, как выгодно охранять путинские секреты». Судя по выписке из Росреестра (есть в распоряжении «Медузы»), прежним владельцем этой недвижимости был Роман Золотов, сын бывшего начальника президентской охраны и нынешнего главы Росгвардии Виктора Золотова.

«Я его купил и построил. В этом нет ничего секретного. У меня есть на это право», — говорил Ланфранко про дом в интервью «Радио Свобода» в 2015 году. Теперь архитектор утверждает, что ни одно из четырех зданий никогда ему не принадлежало — он лишь нарисовал их, «красивые, немного итальянские». «Это частные дома в трех километрах от центра города, недалеко от аэропорта, не самое прекрасное место, — говорит итальянец. — Честно говоря, если мне нужно будет выбирать между отпуском в Порто-Черво или на Черном море, я сто раз предпочту Порто-Черво».

На вопрос, почему он прежде утверждал, что у него есть дом на Черном море, Чирилло туманно отвечает: мол, говорил так, потому что у него было «местечко в Геленджике — квартира в центре города». «Но не тот дом, что упоминается на видео», — заявляет архитектор (это не так: в распоряжении «Медузы» есть выписка из Росреестра, в соответствии с которой Чирилло владел тем самым домом из расследования Навального с марта 2015 по май 2017 года).

В мае 2015 года Masterskaja Ланфранко вышла в финал конкурса на проект Парламентского центра — это был первый публичный проект итальянца. По плану комплекс должен был объединить здания Государственной думы и Совета Федерации и расположиться в районе Мневниковской поймы в Москве. Впрочем, в июне того же года на заседании Совфеда его председатель Валентина Матвиенко заявила, что все три проекта-финалиста «не годятся» и «требуют серьезнейшей доработки». Позже от идеи Парламентского центра отказались вовсе. 

«Очень просто получилось, по-русски: бабок нет — нет и стройки, — говорит Чирилло со смехом. — Много желания, но мало денег. Хотели новый парламент, потом подсчитали, сколько стоит, сказали: нет, лучше старый».

Чирилло говорит, что работал над этим проектом «до фига», но не получил ни рубля: «Конечно, я хотел [стать автором проекта]. Я не дурак, я нормальный человек. Лучше остаться в истории как архитектор Парламентского центра, чем как архитектор дачи».

В начале 2016 года Чирилло занялся виноделием, став совладельцем зарегистрированного в Анапе ООО «Шумринка». Второй собственник (доли поделены 50 на 50) — бизнесмен и бывший директор ООО «Лукойл-Информ» Александр Кислицын. Как писал РБК, в компании мечтали производить «лучшее вино в России», назвать его хотели «Фантастика». Винодельня расположилась в селе Гай-Кодзор, в тех же краях Чирилло планировал развивать агротуризм, рассуждая, что хочет построить здесь «маленькую тосканскую деревню». 

В том же 2016-м компания Proyachting назвала Ланфранко «Меценатом года» за помощь олимпийской сборной по парусному спорту, а Российская федерация парусного спорта сообщила, что при его участии «готовится проект глобального развития и создания парусного центра в Геленджике». 

Затем российская история Чирилло оборвалась. 

«Я уложил их спать в итальянских кроватях и заставил их полюбить нашу любовь к красоте»

Из двух десятков сотрудников «Стройгазкомплекта» и «Шумринки», найденных в соцсетях, журналисту «Медузы» ответили только двое. Бывший архитектор мастерской Мария Томилина, работавшая в компании 12 лет назад, сообщила, что никогда не общалась с Чирилло ни лично, ни по работе — лишь иногда встречала его в коридорах и на корпоративах.

Энолог винодельни в Гай-Кодзоре Роман Логунов рассказал, что за все годы видел итальянца лишь раз, и то несколько лет назад. На самом заводе это подтвердили. «Итальянец? — уточнила у корреспондента „Медузы“ сотрудница винодельни. — Это в прошлом. Его по большей части нет. Мы, честно говоря, вообще про него забыли». По словам собеседницы, всем процессом — от посадки винограда до разработки этикеток — управляет Кислицын: «Он душа этой компании». Итальянским в «Шумринке» остался только виноград: саженцы привезли из питомника Раушедо. 

В разговоре с «Медузой» Ланфранко подтвердил, что почти разорвал связь с Россией и в 2016 году вернулся в Италию. Как он сам говорит, «лечить дочку»: в 2014-м Элизабетте Чирилло диагностировали рак груди. В октябре 2019-го она умерла. «Я жил сумасшедшей жизнью, летал на своем самолете и почти не спал. А потом однажды ты приезжаешь домой и обнаруживаешь свою дочь с метастазами повсюду. Меня пытались удержать. „Нет, нельзя“, — говорили… Я сказал: „Ребята, если вы не понимаете, что такое семья, мне больше неинтересно с вами работать“», — говорил Ланфранко в интервью La Repubblica.

Среди тех, кто пытался уговорить его остаться, в этом же интервью Чирилло называет «начальника безопасности Кремля». Но в разговоре с «Медузой» он не стал объяснять это упоминание и ответил уклончиво: «Многие люди связывались со мной…» 

В 2016 году началась ликвидация «Стройгазкомплекта». Позже решение было отменено, но, по данным «СПАРК-Интерфакс», в 2020-м операции по счетам компании были приостановлены по решению ФНС. «„Стройгазкомплект“ давно не работает. Насколько я знаю, ликвидируется или ликвидирован. Этим занимался мой юрист», — говорит Чирилло.

Земли «Стройгазкомплекта» в промзоне Одинцова теперь числятся за кипрским офшором Ablorento Investment Ltd (выписка есть в распоряжении «Медузы»). По данным The Bell, он аффилирован с Ланфранко Чирилло (сам архитектор это отрицает). Этой же организации досталась недвижимость итальянца в столичных небоскребах. В 2017 году Ланфранко, судя по имеющимся у «Медузы» выпискам, продал и дом в Геленджике.

В том же году земля в поселке Абабурово, принадлежавшая компании Чирилло «Стар трейдинг инжиниринг» (сейчас находится в процессе ликвидации), по решению суда отошла Российской Федерации. Теперь московское управление Росреестра требует признать строения на ней самовольными постройками и снести; очередное судебное заседание по этому поводу состоится в феврале 2021 года.

Эта «абсурдная история», по словам Чирилло, стала еще одной причиной, по которой он покинул страну. «Я купил землю у администрации Одинцова и построил на ней таунхаусы на продажу. Спустя 12 лет мне говорят: администрация не была владельцем земли, так что все это больше не ваше». Произошедшее итальянец называет «безумием»: «Просто невероятно, вы покупаете у государства землю, а потом государство забирает ее у вас под каким-то предлогом, и никто не отвечает за это». 

Есть и еще одна история, когда российские чиновники обидели Чирилло, — Центр парусного спорта в Геленджике, создававшийся при участии архитектора. Организацию торжественно открыли в конце 2020 года. «Знаменательно, что мы открываем современную парусную школу в День народного единства. Спорт — это мощная объединяющая сила», — заявил на церемонии губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев. Однако имя Чирилло в новостях об этом уже не фигурирует. 

«Я тут ни при чем, — сказал Чирилло „Медузе“. — И, если честно, я очень расстроен. Хотел вложить 200 тысяч долларов, построить олимпийский парусный центр, подарить его городу. Общался с губернатором, все сказали мне: да, да, да… А потом сказали: нет».

Саму идею он при этом считает «правильной»: бухта в Геленджике — прекрасное место для тренировок, «лучше, чем в Сочи». Чирилло утверждает, что по-прежнему спонсирует молодых русских олимпийцев-парусников. 

У винодельни под Анапой, совладельцем которой остается Чирилло, дела идут, кажется, неплохо. Сейчас, как рассказали на заводе, они производят около 200 тысяч бутылок в год. Производство расширяется, здесь строят новый склад. В конце 2020 года винодельня стала партнером винного дома «Мильстрим» в проекте «Уникальное российское виноделие». Компания производит вино в среднем ценовом диапазоне — от 500 до двух тысяч рублей за бутылку. Ни одно из них не называется «Фантастика», как когда-то хотел Ланфранко. 

Сейчас Чирилло живет в Дубае, но чаще разъезжает по миру с благотворительными проектами (и полярными экспедициями). Говорит, что после болезни и смерти дочери решил, что ему нужно «что-то сделать для будущего поколения».

«Я пенсионер, чем мне еще заниматься? — говорит Чирилло. — В Италии сидеть скучно. Погода плохая, закрыто все [из-за пандемии]». Отношения с родиной он, однако, сохраняет: в 2019 году его семья профинансировала восстановление купола венецианской церкви Санта-Мария-деи-Мираколи, пострадавшего от урагана. Это был жест в память о дочери — в этой церкви Элизабетта Чирилло вышла замуж за несколько месяцев до смерти. 

В последних публикациях о резиденции в Геленджике, в том числе в «Медузе», Чирилло не видит ничего нового: «Все это давно было опубликовано» (вероятно, имеются в виду расследования The New Times и Reuters, выходившие в 2014 году). Часть объектов, показанных в фильме-расследовании — например, шест для стриптиза, — он называет «ерундой и изобретением господина Навального». 

К тому, что эти статьи и арест оппозиционного политика привели к беспрецедентным для России акциям протеста, Ланфранко Чирилло относится «философски»: «Вы видели, что творилось в Вашингтоне? Это были намного более колоссальные вещи. Сейчас тяжелое время для всех. Хотите — приезжайте в Италию, посмотрите, сколько здесь людей без работы».

По мнению итальянца, и «дворец Путина», и протесты — не самая значимая тема, а сосредоточиться надо на другом — восстановлении российской экономики после санкций и пандемии, помощи малому и среднему бизнесу. 

В интервью La Repubblica итальянец подводит итог своей деятельности в России: «Я заработал свое, я заработал деньги и уехал домой, и я доволен этим. Я горжусь тем, что сделал, для меня было честью научить российских миллиардеров (их имена „Медузе“ Ланфранко не назвал) пить Sassicaia и Masseto вместо того, чтобы глотать виски. Я уложил их спать в итальянских кроватях и заставил их полюбить нашу любовь к красоте».

Ланфранко Чирилло утверждает, что за последний год приезжал в Россию «раза три», и совсем не по архитекторским делам. Теперь он член правления фонда Фредерика Паулсена, который занимается исследованием климатических изменений в полярных районах Арктики и Антарктики. По этому направлению организация сотрудничает с дрейфующей базой Барнео, расположенной вблизи Северного полюса. «Я приеду, пообщаюсь по этим делам, и все», — комментирует Ланфранко свои визиты в Россию в последнее время. Исследования связаны также с проблемой загрязнения Мирового океана пластиком. «Мы все кушаем рыбу, но не понимаем, сколько нанопластика кушает рыба», — рассказывает о своем новом увлечении теперь уже, видимо, бывший архитектор. 

Во время разговора с «Медузой» Ланфранко находился в Африке — в Гвинейской республике — по делам другой организации; с его слов — «близкой к Ватикану» (название Чирилло называть не стал). Эта организация, утверждает Чирилло, работает в Гвинее с проблемой вырубки тропических лесов, которая негативно влияет на климат.

«[Мы просим:] люди, не рубите лес, чтобы делать огонь, — объясняет Чирилло миссию фонда в Гвинее. — И даем освещение, ставим солнечные панели в деревнях». «Медузе» Чирилло послал в вотсап несколько фотографий, на которых можно увидеть деревню в тропической Африке, — но кадров с результатами электрификации среди них нет. 

Ланфранко Чирилло говорит «Медузе», что никогда не оглядывается назад и ни о чем не жалеет: «Не знаю, что я плохо делал. Я горжусь тем, что в Москве продолжают работать архитекторы моей школы. Я любил эту страну. Почему [сейчас] я читаю, что я самый последний бандит в России, блин?»

04.02.2021

Материалы по теме