Евросоюз «импортировал» грузинских воров в законе

5285
0
52850
Источник: Руспрес

«Огонек»

Михаил Саакашвили. Фото РИАН

Несмотря на отчаянные усилия грузинских властей, в том числе введение уголовного наказания за способствование нелегальной эмиграции в Европу и ужесточение контроля на границах, официальные представители ЕС и государств — членов Европейского союза все громче предупреждают Тбилиси о вероятности отмены безвизового режима. Основной причиной, наряду с ростом числа просителей убежища, считается высокий уровень преступности среди выходцев из Грузии и специфический феномен грузинских «воров в законе», обосновавшихся в Европе и возглавивших целые синдикаты, промышляющие кражами.

Либеральное европейское законодательство, в отличие от жесточайшего «антиворовского закона», действующего в самой Грузии, не позволяет эффективно бороться с вожаками преступного мира, которые успешно рекрутируют все новых «бойцов» с исторической родины. Эта «новая реальность» европейцев уже не просто настораживает, а всерьез пугает. Но никто при этом не готов признать: коллизия не возникла вдруг, «процесс» шел годами…



Венская премьера

В далеком 1998 году я был в Вене в составе «журналистского пула», сопровождавшего президента Эдуарда Шеварднадзе. Помню встречу с сотрудником посольства Грузии в Австрии в красивом холле пятизвездочного венского отеля. Обведя глазами роскошное пространство, обставленное дорогой французской мебелью в стиле Людовика XIV, дипломат сказал печально: «Вот здесь они часто собираются для разговора…»

«Они» — грузинские «воры в законе», особенно облюбовавшие в то время именно Вену и этот вот холл люксового отеля: здесь «законники» проводили свои «сходняки», сидя кружком, как в какой-нибудь камере исторической Ортачальской тюрьмы — одной из «колыбелей» воровских «понятий» всего СССР. «Австрийцы нас так ненавидят…» — тем же незабываемым тоном продолжил сотрудник посольства. «Нас» — имеется в виду тех, с кем ассоциировался в местном сознании криминальный синдикат или, как говорят на постсоветском пространстве, «этническая преступная группировка». Это до какой же степени отвращения надо было довести послевоенное, безоговорочно толерантное и терпимое австрийское общество, чтобы такая оценка сложилась?!

Почему именно Вена стала первым европейским пристанищем грузинских «авторитетов» еще в 1990-х годах — сразу после распада советской империи,— понятно.

Дело в том, что в раннегорбачевскую эпоху австрийцев угораздило осуществить первую крупную инвестицию еще в советскую Грузию: они построили в Тбилиси гостиницу «Метехи». Уже тогда, в 1987 году, «инвестиция» не обошлась без внимания «авторитетных людей», использовавших любую возможность для легализации капитала, накопленного в эпоху «цеховиков» и «левого» производства. Ни один крупный вопрос без их участия решиться не мог, а европейцам отличить «вора в законе» от «бизнес-партнера» было трудно. А в хаосе, наступившем после кровопролитной гражданской войны 1992–1993 годов, стало и вовсе невозможно: «партнер» предъявлял документы с подписью бывшего министра иностранных дел СССР Эдуарда Шеварднадзе и просил выдать австрийскую визу для многочисленных сотрудников «совместного, австро-грузинского предприятия».

История с Metekhi-Palace завершилась логично: страшным убийством средь бела дня в центре Вены, случившимся во время одной из «разборок» между гостями из Грузии. Благополучная Вена была в шоке: не только от стрельбы на улице, но и от причастности к убийству сына знаменитого на всю Австрию и Европу оперного баса Пааты Бурчуладзе (как выяснила позже полиция, он не смог отказать в ночлеге знакомым пацанам, приехавшим в Вену специально для устранения владельца крупного пакета акций отеля).

После первого «звонка» прозвучали другие, причем число их с годами множилось, а резонанс раз от раза возрастал. Австрию особенно потрясло дерзкое ограбление дома известного скрипача Христиана Альтенбургера: шесть выходцев из Грузии «обнесли» его квартиру, украв в том числе скрипку работы Антонио Страдивари стоимостью в
2,5 млн. Преступников удалось поймать только благодаря тому, что часть похищенных драгоценностей они пытались отправить на родину обычной посылкой — в заклеенном скотчем чемодане с грузинскими надписями.

Австрийская пресса выяснила, что кроме квартиры Альтенбургера грузинские «домушники», действовавшие по строго разработанной системе, обокрали десятки других домов, унеся ценностей еще на
1 млн. Специалисты не сомневались: эти шесть «бойцов» — лишь «рядовые» криминальной армии, но своих «генералов» они, конечно, не сдали, хотя и получили длительные тюремные сроки.



Особая статья

Что касается «генералов», то почти все самые известные в постсоветскую эпоху «воры в законе» — выходцы из Грузии. Широкой публике по криминальным сводкам хорошо известны некоторые имена: Захарий Калашов (Шакро Молодой), Аслан Усоян (Дед Хасан), Лаша Шушанашвили (Павлович — Лаша Толстый), Тариэл Ониани (Таро). Но на самом деле «законников» с грузинскими корнями много больше, и сегодня большинство из них облюбовали Европу, попав туда по проторенной уже три десятка лет назад «венской дороге».

В Грузию им путь заказан: в 2005 году по инициативе тогдашнего президента Михаила Саакашвили парламент принял уникальный для мировой практики закон «Об организованной преступности и рэкете», называемый в обиходе «законом против воров». По этому закону и соответствующим поправкам в Уголовный кодекс человек может быть осужден на 5 лет тюрьмы за известный слоган «жизнь ворам», а сам законник — на 9 лет лишения свободы в изоляторе строгого режима не за конкретное преступление, а лишь только за подтверждение своего «статуса».

«Мы были вынуждены принять такой закон, хотя нас многие тогда обвиняли за якобы нарушение презумпции невиновности»,— объяснил в беседе с нами тогдашний директор информационно-аналитического департамента МВД Шота Утиашвили. По его словам, если бы не этот закон, «воры по-прежнему открывали бы пинком двери в кабинет беспомощных прокуроров» (это не образное сравнение: известен случай, как пресловутого Таро, почтившего Грузию своим визитом в конце эпохи Эдуарда Шеварднадзе, в аэропорту встречал начальник краевой полиции с букетом роз — для супруги высокого гостя).

Внешней аудитории разъяснить целесообразность такой новации было не просто: государства — партнеры Грузии на Западе не понимали, как можно сажать человека не за конкретное преступление, а, скажем, только лишь за татуировку «Вор — спит». Но власти в Тбилиси эти «трудности перевода» не смущали, тем более что инициатива имела успех: из опасений быть арестованным и провести 9 лет в специальном изоляторе строгого режима сотни (!) «законников» сбежали из Грузии еще во время первого чтения закона.

Посадить по новой статье УК удалось лишь несколько «значимых» персон — да и то только тех, кого экстрадировали в Грузию из других государств, хотя, по официальной статистике, с 2005 года по сей день по ст. 223 УК Грузии («Статус «вора в законе» и членство в воровском мире») осуждены около 160 граждан. В основном это те, кто, живя в Грузии, выполнял различные поручения воров, эмигрировавших в Европу, либо участвовал в «дискуссиях» по Skype и Viber, собирал «общак» и вымогал деньги в «котел». Большинство осуждены по ч. 2 и ч. 3 «воровской» статьи (квалификация «участие в воровских собраниях» и «поддержка воровского мира»).

«Тихие грузины» в европейской провинции

Более двух третей всех «воров в законе» в советское и постсоветское время — этнические грузины (см.
«Грузинские маски»). Разумеется, этот социальный «феномен» попытался «воспроизвести» себя и в Европе, куда в массовом порядке был вынужден эмигрировать после введения в Грузии особой «воровской статьи», инициированной Михаилом Саакашвили.

Пользуясь «явками и контактами» первой, «австрийской волны», «генералы преступного мира» осели буквально по всему континенту (за малым исключением — Великобритании).

Их присутствие особо ощутимо в Мадриде, Барселоне, Риме, Париже, Афинах — сегодня это ключевые «точки базирования». А «трудовая деятельность» специфична: собранные «законниками» летучие отряды грузинских «домушников» и «медвежатников» гастролируют по континенту, реализуя конвейерную систему ограблений домов и квартир, в основном именно этим занимается грузинский криминалитет в Европе.

Лишь немногие авторитеты (уровня Тариэла Ониани, Лаши Шушанашвили или Захария Калашова) замахнулись еще и на отмывание денег либо контроль над потоками гастарбайтеров в строительной сфере. Но это трудный и опасный бизнес, которого большинство грузинских «законников» в эмиграции стараются избегать. Куда проще заниматься традиционным «промыслом», оставаясь при этом неуязвимыми для местных правоохранительных органов: рядовые бойцы (как, например, упомянутые в начале этих заметок «временные владельцы» скрипки Страдивари), памятуя о членах семьи и родственниках, оставшихся в Грузии, никогда, ни при каких обстоятельствах не «сдают» своих «генералов», а в европейском законодательстве нет нормы, позволяющей отправить за решетку за экзотический статус «вор в законе». Так и живут многочисленные «кутаисские», «руставские», «тбилисские» и прочие где-то на виллах во французских, греческих, итальянских и испанских провинциях, руководя из тиши виноградников своими «империями».

В одном из таких «домовладений», во Франции, в ноябре 2011 года состоялся «всеевропейский сходняк» с участием замечательного (без иронии) грузинского кинорежиссера Георгия Хаиндравы. О нем стало известно случайно — французская жандармерия устроила облаву. Закончилось все, правда, проверкой документов присутствовавших, а кинорежиссер впоследствии объяснял, что это друзья просто приехали в усадьбу проведать безнадежно больного старинного друга. Им оказался… «вор в законе» Резо Лордкипанидзе.



Третья волна

У грузинского воровского синдиката, сложившегося за последние три десятка лет в Европе, имелась по большому счету только одна проблема, тормозящая экспансию и развитие,— кадровый голод, а решить ее в условиях визового режима между Грузией и государствами Шенгенского соглашения было невозможно.

Дело в том, что сами «законники» обладали достаточными финансовыми ресурсами, чтобы подать в европейские посольства и консульства «чистые паспорта» и документы, подтверждающие наличие крупных банковских депозитов, чтобы у сотрудников консульств, ведающих выдачами виз, не возникало подозрений при оформлении. Но как рекрутировать из Грузии для европейского чеса тысячи рядовых бойцов — нигде и никогда не работавших «бродяг», отсидевших в тюрьмах и промышляющих на родине либо на пространствах СНГ? Не указывать же в графе «профессия»: блестящий специалист по вскрытию замков любой степени сложности, многие годы профессионально занимающийся квартирными кражами и бандитизмом? А без притока свежих бойцов бизнес хиреет, а по итогам целевых спецопераций против грузинского бандитского синдиката редеют ряды…

Спасение пришло, откуда не ждали: между Грузией и ЕС было подписано соглашение о «безвизовых поездках граждан», вступившее в силу с конца марта 2017 года. Европейские пограничники в аэропортах Парижа, Берлина, Афин и Милана подходили к вопросу о допуске владельцев грузинских паспортов в ЕС несравненно либеральнее сотрудников консульств. Отказы были единичны, и это легко понять: это ведь всегда дополнительные хлопоты — людей надо где-то содержать, кормить до даты депортации, отвечать на претензии…

«Безвиз», словом, открыл шлюзы. В общей сложности за время его действия (с марта 2017 года) возможностью поехать в страны ЕС без визы воспользовались 300 тысяч грузинских граждан. Из них около 66 тысяч человек (более 20 процентов) не вернулись обратно через три месяца, как того требует соглашение, то есть нелегально остались в Европе.

Конечно, большинство «невозвращенцев» — обычные безработные бедолаги обоих полов, мечтающие трудоустроиться няньками, грузчиками, домработницами либо заводскими рабочими «вспомогательного» класса за 200 евро в неделю. Но бесспорно и то, что в этой «третьей волне» грузинской эмиграции в Европу (первая — после советизации в 1921 году, вторая — после окончания Второй мировой войны) оказались тысячи криминальных «специалистов», пополнивших ряды грузинского воровского синдиката.

А Европа спустя два года после введения грузинского «безвиза» получила проблемы. Во-первых, грузинские нелегалы начали массово требовать от местных властей предоставить им статус беженца, ссылаясь на политические репрессии либо общую нестабильность в кавказской стране (с этим, правда, справились быстро — большинство государств ЕС уже приняли решение объявить Грузию «безопасной страной», что позволяет в ускоренном порядке отказать просителю в предоставлении убежища, не тратя на долгие процедуры деньги европейских налогоплательщиков). Во-вторых, высокий уровень криминала в новой волне грузинской эмиграции (и с этим справиться оказалось невозможно).

Известный грузинский правозащитник Елена Тевдорадзе, оценивая ситуацию, отмечает: «В сегодняшней Грузии никого за политические взгляды не преследуют. Есть социальные проблемы, но они не острее, чем во многих других государствах региона»,— подчеркнула госпожа Тевдорадзе в интервью.

Однако высшие чиновники ЕС, а также лидеры европейских государств в ходе переговоров с грузинскими коллегами все чаще предупреждают о неминуемости приостановки «безвизового режима», если власти не решат эти две проблемы: роста числа нелегальных эмигрантов, в том числе просителей убежища, а также высокого уровня преступности в среде новоявленной грузинской «эмиграции».

Правда, директор консульского департамента МИД Грузии Георгий Табатадзе недавно назвал «российской пропагандой» все сведения о росте числа преступлений, совершаемых грузинами в ЕС. «В последний период на повестке дня не стоит рост числа уголовных преступлений, совершенных гражданами Грузии. Этот показатель был не слишком высок и прежде, а манипулирование цифрами является частью российской пропаганды»,— сказал Георгий Табатадзе.

Формально дипломат, безусловно, прав в том, что абсолютное число преступлений, совершенных выходцами из Грузии, не очень велико в общей статистике европейского криминала. Но высокопрофессиональные европейские криминалисты и многоопытные полицейские чиновники в первую очередь анализируют не абсолютные цифры, а пропорцию числа преступлений с общим количеством той или иной «этнической диаспоры». По этому показателю грузины в Европе уступают очень немногим новоявленным «европейцам», попавшим в ЕС из регионов, объятых войнами либо беспросветным голодом. И, по некоторым сведениям, даже опережают их.

Например, если взять Германию (власти которой громче и настойчивее прочих предупреждают Тбилиси о высокой вероятности приостановки безвизового режима), то, по данным DW, доля грузин в общем числе соискателей убежища, подозреваемых в совершении преступлений в Германии, составляла в 2017 году 2,1 процента. Казалось бы, сущая мелочь. Ан нет: это, с тревогой отмечают германские эксперты, непропорционально много — среди остальных мигрантов, подавших немецким властям заявление с просьбой об убежище, таковых было только 0,7 процента. То есть преступников среди грузинских беженцев втрое выше среднего показателя! В 75 процентах случаев граждане Грузии проходили по уголовным делам, связанным с воровством. На втором месте — кражи из торговых центров и супермаркетов.

Разбоем и другими видами уличной преступности грузины, как правило, не занимаются. Хотя совсем недавно, в феврале, именно они удивили всю Европу ограблением банка в стиле 1960-х годов и голливудских боевиков: уроженцы Грузии проникли в Бельгийский банк, прорыв тоннель из соседнего здания, и опустошили 30 из 40 банковских ячеек. После ареста исполнители хранят молчание об организаторах дерзкой акции. А большая часть драгоценностей, похищенных из приватных ячеек, бесследно исчезла…



Новая профессия — «полицейский атташе»

Для того чтобы как-то успокоить европейских партнеров и продемонстрировать решимость принятия самых радикальных мер для сохранения «безвиза» (его отмена могла бы стать политической смертью правящей партии «Грузинская мечта»), Тбилиси принял ряд неординарных мер: помощь в незаконной эмиграции и незаконном трудоустройстве на территории ЕС стало уголовно наказуемым деянием; пограничники в аэропортах получили указание тщательно проверять документы у вылетающих в ЕС и «настойчиво консультировать», а порой даже не пропускать через границу тех, у кого на руках нет выписки из банка о ежемесячном доходе минимум в
500.

И самое главное: правительство направило в «проблемные» европейские государства специальных «полицейских атташе» для помощи местным правоохранительным органам в борьбе против грузинского криминалитета. В некоторых посольствах у Грузии нет атташе по культуре, нет военного атташе, а вот «полицейский атташе» — уже есть.

Как правило, это очень опытные полицейские, которые чуть ли не в лицо знают не только самих «воров в законе», но и большинство их подельников. Многих они сами арестовывали и сажали на долгие годы. Помощь по линии «полицейских атташе» оказалась настолько востребованной, что французская, испанская, греческая полиции даже позволяют им непосредственно участвовать в многочисленных спецоперациях против грузинского криминалитета, проводимых в последнее время.

Участие представителей иностранных силовых структур в операциях на территории Европы — дело неслыханное, поэтому оно широко не афишируется, но грузинским полицейским разрешают чуть ли не лично гоняться за «родными ворами», вплоть до надевания на них наручников. И уж, конечно, вся многолетняя база данных грузинского «черного мира» — с отпечатками пальцев, фотографиями анфас и профиль, во многих случаях и с ДНК — полностью передана европейским коллегам.

За последний год полиция Франции, Испании, Греции провела 18 масштабных спецопераций против «грузинского воровского синдиката», арестовав с поличным более ста человек. Никто не скрывает, что в большинстве случаев раскрыть преступные «ячейки» удалось с помощью информации, полученной от МВД Грузии.

Но системно решить проблему такая «открытость» и координация, увы, не помогает. И все чаще в дискуссиях внутри самой Грузии звучит упрек: «Грузинская мечта» не должна была выпускать бандитов из тюрем по так называемой амнистии сразу после прихода к власти.

Прозвучал он и в разговоре с одним из лидеров оппозиционной партии «Европейская Грузия» Давидом Дарчиашвили, который напомнил: после выборов 1 октября 2012 года новый парламент провел масштабную амнистию, в результате чего сразу либо через несколько месяцев из грузинских тюрем вышли три четверти (!) всех заключенных. «Большинство из них и отправились к своим вожакам»,— заявил в интервью руководитель коалиции НКО «За европейскую Грузию» Кети Габиани.

Быть может, упрек и справедлив. Хотя, с другой стороны, как напомнил депутат от «Грузинской мечты» Захария Куцнашвили, «любой тюремный срок, кроме пожизненного, когда-нибудь да заканчивается». И даже если бы никакой амнистии не было, армия «грузинских воров» в Европе все равно стала бы пополняться рядовыми бойцами благодаря возможности, созданной самим безвизовым режимом. А инициатор «воровской статьи» в УК Михаил Саакашвили в последнее время все чаще повторяет: безвизовый режим для Грузии «стал катастрофой», поскольку «способствует опустошению страны». При этом экс-президент имеет в виду и урон, нанесенный имиджу Грузии преступниками, проникшими в Европу.

Достигнуть уровня жизни хотя бы Восточной Европы, чтобы люди массово не уезжали на заработки в ЕС, Грузия в обозримом будущем, конечно, не сможет. А безвизовый режим с ЕС и «официально», и «всенародно» искренне считается единственным реальным достижением страны после обретения независимости. Потеря этого «достижения» стала бы тяжелейшим ударом. Возможно ли его избежать?

Как «разрулить» эту проблему, похоже, не знает никто…

Георгий Двали

02.04.2019

Материалы по теме

Евросоюз «импортировал» грузинских воров в законе