Конфликт с ОПЕК+ – ошибка или верный шаг?

4366
0
43660
Источник: Версия

Картельное соглашение ОПЕК+ развалилось в начале марта, Россия и Саудовская Аравия начали торговую войну за передел рынка нефти. Американский президент Дональд Трамп пообещал было вмешаться в этот спор «в нужный момент» и отрегулировать цены. Но потом вмешался коронавирус, и мировая экономика полетела в бездну…

Когда 6 марта российская делегация огорошила партнёров по ОПЕК+ решением не продлевать соглашение о сокращении добычи в целях поддержания цен, это было продиктовано якобы стремлением выбить с рынка американских сланцевых производителей нефти. Уже тогда расчёт этот показался многим самонадеянным. Да, действительно, американские сланцевики закредитованы, и падение цен для них – это сильный удар.

Так, по состоянию на прошлый год из 29 крупнейших независимых сланцевых нефтяных компаний 22 регистрировали отрицательный денежный поток. Все они, вместе взятые, потратили на 6,6 млрд долларов больше, чем заработали. За прошедшие пять лет совокупные убытки ведущих сланцевиков составили более 50 млрд долларов. Однако при этом в краткосрочном плане сланцевые добытчики не могут резко сократить производство по чисто технологическим причинам. Разве что к третьему кварталу текущего года. Также уже в начале марта стало ясно, что для полной балансировки рынка нужно падение цены на нефть до 20 долларов за баррель или ниже. Но такой сценарий для самой России уже становится почти катастрофическим. Себестоимость добычи нефти в России в среднем близка к американской, составляя более 40 долларов за баррель (в Саудовской Аравии – около 17 долларов). При этом у тех же американских сланцевиков остаётся целый ряд преимуществ перед российскими конкурентами.

Во-первых, после сокращения учётной ставки ФРС почти до нуля они могут перекредитоваться под почти нулевые проценты. У российских нефтяников есть только надежда на бюджет, поскольку мировые финансовые рынки для них закрыты из-за санкций. Во-вторых, американские компании имеют возможность обратиться к так называемой 11-й статье о защите от кредиторов и продолжить спокойно работать даже в условиях фактического банкротства. Кто-то не выживет и будет проглочен более жизнеспособными собратьями. Однако отрасль в целом устоит, в том числе опираясь практически на неограниченные финансовые ресурсы американского государства.

Зато парадоксальным образом пандемия коронавируса «подтвердила» правоту Москвы, разорвавшей сделку с ОПЕК. В том смысле, что даже обсуждавшееся в начале марта сокращение квот максимум на 1,5-2 млн баррелей в сутки сейчас бы уже всё равно никого не спасло – спрос на нефть в условиях паралича мировой экономики рухнул. Это привело к тому, что превышение предложения над спросом составило 20 млн баррелей. Переполнены оказались не только хранилища, но и зафрахтованные под перевозку нефти танкеры. Потому стало понятно, что всеобщее сокращение добычи – неизбежность. Вопрос заключался лишь в том, произойдёт ли это согласованно между всеми участниками рынка или большинством, включая уже США, или просто по факту «затоваривания» нефтью конкретных производителей. Кстати, саудовская нефть со скидкой (объявленной в отместку несговорчивым русским) тоже в Европе никому почти не нужна.

Попутно «повезло» и нашему «Газпрому»: можно не торопиться достраивать трубопровод «Северный поток – 2», поскольку цены на газ в Европе уже которую неделю только и делают, что обновляют исторические минимумы. Понятно, что любое снижение нефтяных цен бьёт по российскому бюджету. По итогам прошлых двух лет нефтегазовые доходы России составляли около 9 трлн руб лей в год. В прошлом году экспорт нефти, газа и нефтепродуктов дал в бюджет почти 270 млрд долларов. Однако с сожалением приходится констатировать, что основная доля лишений в конечном итоге придётся всё же не на бюджет, а на тех, в пользу кого потом нефтегазовые доходы растекаются по всей стране по многочисленным цепочкам.

13.04.2020

Материалы по теме

Конфликт с ОПЕК+ – ошибка или верный шаг?