Матримониальный мусор «Ростеха»

853
0
8530
Как зять нижегородского депутата Агафонова Андрей Шипелов разжигает «мусорные бунты» на деньги и от имени Сергея Чемезова 

Виктор Кузьмин

Как зять заменил собственную тещу тестю

Андрею Шипелову нет еще сорока, и журналисты называют его одним из самых успешных молодых бизнесменов России. Он и в самом деле весьма предприимчив. Но самый главный его предпринимательский успех – это, несомненно, удачный брак, позволивший вчерашнему заурядному госслужащему стать совладельцем нескольких компаний с миллиардным оборотом и представляться партнером Чемезова.

Андрей Шипелов

Всему этому способствовала женитьба Андрея Шипелова на дочери нижегородского предпринимателя и депутата городской думы Нижнего Новгорода и члена «Единой России» Вадима Агафонова. Сама схема бизнеса народного избранника напоминает приличную паутину из двух десятков различных фирм. В рамках своей небольшой империи член комиссии гордумы по транспорту и связи и комиссии по городскому хозяйству Вадим Агафонов занимается всем: от управления домами и свалками, взяв под контроль коммунальные платежи и вывоз мусора, до торговли высокотехнологичным медицинским оборудованием совместно с дочерними компаниями Ростеха. Своими успехами в экономической деятельности Агафонов обязан связью с корпорацией «Ростех». В чиновничьих кругах он не уставал намекать о личной дружбе с генеральным директором госкорпорации Сергеем Чемезовым.

Стоит ли удивляться, что после женитьбы Андрей Шипелов проявляет точно в тех же бизнес-сегментах, где до него преуспел его мультимиллионер тесть – транспорт, мусор, сотрудничество с Ростехом. Последнее, заметим, это целое отдельное направление бизнеса. Не важно, чем ты занимаешься – торговлей ли медоборудованием или строительством мусоросжигательных заводов. Именем Ростеха можно решать свои проблемы, в том числе совсем не коррелирующие с интересами самой госкорпорации.

Фактически Агафонов дал своему зятю полноценную «путевку в жизнь». И объясняется это не только любовью к дочери, но и собственно деловыми интересами депутата. После развода нижегородскому воротиле потребовались новые доверенные лица (многие компании в громоздкой структуре бизнеса Агафонова до того были записаны на жену). Так из провинциального чиновника, а позже клерка «Российской венчурной компании», крупнейшего государственного венчурного фонда Андрей Шипелов превратился в крупного предпринимателя.

Дело томографов

Основанная Агафоновым и Шипеловым совместно с госкорпорацией «Ростех» компания «РТ-Инвест» (сегодня Шипелов через ООО «Царицын капитал» контролирует 75%, Ростех — 25%). Как говорится на ее сайте, компания создана для осуществления прямых инвестиций на территории России в сферах ЖКХ, IT и высокотехнологического медицинского оборудования (за последнее направление отвечает компания «РТ-Мединтегратор»).

Закупаемое за рубежом оборудование «РТ-Мединтегратор» поставляло затем в рамках государственных контрактов региональным министерствам здравоохранения. Основным заказчиком компании был Минздрав Волгоградской области, который заключил с «РТ-Мединтегратор» контракты на поставку томографов и другого медицинского оборудования на более чем 300 млн рублей. Благодаря чему «РТ-Мединтегратору» удалось так закрепиться на волгоградском рынке?

До ухода в частный сектор г-н Шипелов в течение нескольких лет был советником губернатора Волгоградской области, а по сути держателем «черной кассы» тогдашнего губернатора Анатолия Бровко. Позже, в конце 2012 года Шипелов привел на пост генерального директора ООО «РТ-Мединтегратор» Валерия Битаева, сына тогдашнего заместителя председателя правительства Волгоградской области, руководителя представительства Волгоградской области в Москве Валерия Битаева. Такое вот прозаическое объяснение особой любви области к закупке медтехники у «РТ-Мединтегратор».

Волгоградский Минздрав был главным, но не единственным государственным покупателем компании. Скажем, за 2012—2013 годах «РТ-Мединтегратор», по подсчетам «Новой газеты», заключил государственные контракты почти на полмиллиарда рублей.

К этому нужно добавить, что государственные заказчики оборудования покупали его у «РТ-Мединтегратор» по завышенным ценам. Зачастую компания закупала оборудование, произведенное в США компанией Philips, не напрямую, а через его дистрибьютора — немецкую фирму G.Нeinemann Мedizintechnik GМВН.

В свое время эта история сильно ударила по репутации «Ростеха». На этом фоне Вадим Агафонов вышел из всех фирм, связанных с госкорпорацией, оставив в них от семьи Андрея Шипелова.

Доходные отходы

Между тем, вместе с родительским благословением Андрей Шипелов унаследовал от своего тестя Вадима Агафонова и интересы в мусорном бизнесе. После регистрации в 2012 году компании «РТ-инвест» начинается его экспансия на мусорном рынке.

В 2013 году компания начала скупку операторов по сбору и переработке отходов в Нижнем Новгороде и Казани. Первыми были приобретены активы Агафонова – нижегородское «Агжо». А затем «Предприятие жилищно-коммунального хозяйства» (ПЖКХ), являющееся крупнейшим оператором по вывозу и утилизации отходов в Татарстане и вторым по объемам в Приволжском федеральном округе.

Кстати, контроль над «Агжо» обошелся «Ростеху» примерно в $40 млн. И, учитывая родственные связи Шипелова и Агафонова, все это теперь выглядит как сделка с заинтересованностью. Но тогда это родство не афишировалось, и госкорпорация с легкостью рассталась с деньгами.

Тогда же гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов заявил «Ведомостям», что госкорпорация планирует создать одного из крупнейших в Европе оператора по сбору и утилизации мусора. В марте 2014 года Шипелов стал официальным представителем «Ростеха» для взаимодействия с аппаратом проекта «Экология России» Социальной платформы «Единой России».

Одновременно с этим основные усилия Андрея Шипелова были направлены на расчистку рынка московского региона под себя. Право действовать от имени «Ростеха» и Сергея Чемезова дало ему огромные лоббистские возможности. В итоге, в течение последних пяти лет в Московской области было закрыто 24 полигона ТБО и блокируются попытки открытия новых. На сегодняшний день действующими остаются только 15 полигонов ТБО. Таким образом, усилиями Шипелова «Ростех» искусственно поставил Подмосковье перед угрозой экологической катастрофы.
Чуть менее года назад «РТ-Инвест» победил в конкурсе на строительство мусоросжигательных заводов. Победитель не позднее 1 декабря 2022 года должен построить и ввести в эксплуатацию четыре завода в Московской области и еще один в Казани. То есть, на первый взгляд все выглядит так, что под знаменем «Ростеха» в Подмосковье и Казань придет «белый рыцарь» и решит все экологические проблемы региона. Но оказалось все отнюдь не так просто.

Дело в том, что в своей борьбе со свалками и полигонами г-н Шипелов решил не ограничиваться административным ресурсом, давлением сверху, но надавить еще и снизу. Не исключено, что этому он так же научился от своего тестя, который своими свалками изрядно испортил и без того непростую жизнь людям в Нижегородской области и не понаслышке знает, что такое мусорные бунты и протесты. Так или иначе, но глава «РТ-инвест» решил оседлать протестные настроения людей и… мотивировать их.

«Ростех» спонсор «технологий майдана»

В итоге, эмиссар «Ростеха» Шипелов не придумал ничего лучше, как нанять политтехнологов для того, чтобы неструктурированные стихийные, разрозненные протесты обрели форму, стали более организованными, и главное – постоянно функционирующими очагами, с не снижающимся градусом социального напряжения в целевых районах Московской области. Надо сказать, что работа привлеченных политтехнологов легла на плодородную почву, ведь мало кому приятно жить вблизи промышленных свалок и мусорных полигонов, мало кому нравится периодически дышать сероводородом. И народ стал организовываться. Да так, что создал проблемы не только участникам рынка, местным и региональным властям, но уже и властям федеральным.

А госкорпорация «Ростех», как бы невероятно это ни звучало, стала спонсором локальных «майданов», организованных Андреем Шипеловым в рамках развития анонсированного Сергеем Чемезовым проекта по переработке мусора. Тут нужно добавить, что помимо продвижения программы строительства мусоросжигательных заводов провоцирование протестов преследует и другую цель. Фактически речь идет о рейдерском захвате бизнеса менее крупных игроков. Объекты – предприятия отрасли, вокруг которых разжигаются бунты – сами по себе представляют интерес для Андрея Шипелова. За урегулирование проблем с населением и властями он требует долю от акционеров полигонов, и в некоторых случаях получает ее. Здесь показателен пример с заходом Шипелова в акционеры полигона Царёво. В течение прошлого года Шипелова неоднократно намекал владельцу полигона, что без обязательной передачи половины компании его фирме, полигон будет закрыт. Владелец предприятия до последнего не верил в такую перспективу и принял условия молодого рейдера только после закрытия полигона. Но когда Шипелов пришёл к губернатору с предложением открыть полигон ввиду появления нового собственника, Воробьев категорически отверг эту перспективу, сказав, что сможет это сделать самое раннее в сентябре, октябре после выборов. Так что ждём осеннее воскрешение работы полигона Царёво. Жители Пушкинского района готовьтесь.

Лучше всего организация «майдана» удалась нанятыми Шипеловым технологами в Волоколамском районе, где массовые протесты и общая истерия в связи с деятельностью полигона ТБО «Ядрово» за год достигли масштабов федерального уровня. На митинги и пикеты там люди уже почти год ходят, как на работу. В протесты активно вовлекаются школьники. Отлажены механизмы координации действий через соцсети и мессенджеры. За это время местные дети стали ораторами, умеющими заводить толпу, что твой Навальный. «Девочка в розовом» превратилась в телезвезду.

Но вот, как это выглядит со стороны незаинтересованного эксперта Константина Долгова:
«Просто ору с митинга в Волоколамске. Извините, но я 18 лет работаю в СМИ и в общественно-политическом пиаре. Меня не нае****. Этот «протест» профинансирован отнюдь не на пожертвования. Огромный баннер, растянутый на холме. Одинаковые шарики в руках почти у каждого участника. Огромное количество мастерски выполненных плакатов, которые должны убедить нас в том, что любой житель Волоколамска — второй Сальвадор Дали. Деньги, деньги и ещё раз деньги, помноженные на хорошую организацию. Видно, что организаторы — люди опытные и не первый такой вот «народный» митинг проводят. Сорри, но реально народные митинги выглядят по-другому. Я видел такие. Например, весной 2014 года в Харькове. Когда сто тысяч человек на площади скандируют «Россия!» — но на площади ещё нет ни одного триколора. Извините, если кого-то обидел. Я не знаю, что там за ситуация с мусором в Волоколамске, но как политтехнолог с огромным стажем работы невооружённым глазом вижу почерк неизвестных коллег. Ну, как неизвестных. Всё тайное рано или поздно станет явным. P.S. Не будьте пешками в чужой игре. Это совет для всех, а не только для жителей Волоколамска».

Все это видит опытный взгляд журналиста и пиарщика. Но для большинства людей, включая многих из тех жителей Волоколамска, кто совершенно искренне участвует в массовых акциях, это не заметно. Зато вся страна сейчас уверена, что в Волоколамске десятки детей отравились «ядовитыми свалочными газами», выброс которых якобы произвел полигон ТБО «Ядрово». Между тем, в медучреждениях Волоколамска не было зафиксировано ни одного отравления. Десятки активистов, в основном подростки 14-15 лет, обратившиеся за медицинской помощью, все как один повторяли симптомы отравлениях хлором, и многие, под предлогом недоверия к врачам и властям отказались сдавать анализы. У тех немногих, кто все же анализы сдал, ничего обнаружено не было. Ни одному (!) человеку не потребовалась оказать медицинскую помощь в связи с отравлением.

И речь в Волоколамске идет лишь о выбросах сероводорода, который в концентрации, фиксирующейся всеми мониторингами службами, никакой опасности отравления не несет. Только неприятный запах.

Однако активности самопровозглашенных жертв отравления оказалось достаточно для того, чтобы СМИ на всю страну распространили непроверенные данные о массовом поражении ядами. Большинство протестующих даже не в курсе, что обращение активистов за медпомощью, было заранее спланированной акцией. И потому искренне возмущаются, когда им сообщают: никаких отравлений нет, все это, как теперь модно говорить, фейк.

Люди настолько привыкли не доверять властям, что готовы верить любому вымыслу, опровергаемому официальными источниками.

Ситуация усугубляется еще и неадекватной реакцией на кризис региональной власти. Правительство Московской области сначала приложило руку к возникновению кризиса – потакая сокращению числа полигонов и свалок, перенаправляя сверхлимитные потоки мусора на «Ядрово». Затем проявило полную беспомощность и отсутствие стратегии в переговорном процессе с гражданами. Забавная иллюстрация. Губернатор области Андрей Воробьев, зная о том, что никаких отравлений в связи с выбросами газов с полигона не было, решил «купить» симпатии недовольных и зачем-то пообещал пострадавшим жителям Волоколамска бесплатные путевки в санатории Подмосковья. И, конечно, число «жертв отравления» сразу же значительно выросло… Теперь власти ударились в другую крайность, от политики пряника перешли к политике кнута. Совершенно необоснованные задержания и обыски один за другим проходят в квартирах и офисах лидеров протеста, в редакциях местных СМИ, вызывая еще больший гнев населения.

Пиррова победа «Ростеха»

А что же «Ростех»? С одной стороны, на сложившуюся скандальную ситуацию в Волоколамске и в других «горячих» свалочных точках Подмосковья можно посмотреть как на менеджерский успех Андрея Шипелова, который подготовил триумфальный приход мусоросжигательных заводов «Ростеха» в региона. С другой стороны, эффективность его действий, мягко говоря, вызывает сомнения. Главным образом последствиями для бизнеса и репутации «Ростеха».

Тех же волоколамских борцов за экологию политтехнологи «натаскали» до такой степени, что там даже школьники теперь знают, что безопасного мусоросжигания не бывает, и что Европа постепенно отходит от технологии «мусор в энергию» в сторону переработки отходов. Они прекрасно осведомлены, что сжигание мусора на колосниковой решетке, которое предлагает «РТ-инвест», – устаревшая технология с низкой эффективностью, по ней строили заводы еще в СССР. И что точная копия предполагаемых к строительству заводов Шипелова уже построена компанией EVN в Москве, вызывая многочисленные протесты и жалобы на здоровье жителей. И на последующее захоронение этот МСЗ отправляет 35 % золошлаковых отходов, 2 % особо опасных отходов(правда не очень понятно куда именно), ну и диоксиновые выбросы присутствуют в обязательном порядке.

Стимулируя социальные протесты Андрей Шипелов подготовил оппозицию, в том числе и для бизнеса «Ростехнологий». Не трудно догадаться, что имя олигарха Сергея Чемезова станет для масс значительно большим раздражителем, чем, скажем, малоизвестные имена владельцев полигонов ТБО в Волоколамске, Клину, Серпухове, Коломне и других очагах напряженности в области. Очевидно, по замыслу главы «РТ-инвест» Чемезов должен притянуть к себе всю ненависть населения (ирония в том, что за свой же счет).

Однако основные риски для «Ростеха» могут состоять отнюдь не в недовольстве населения, а в том, что его менеджеры отрабатывают «технологии майдана» и демонстрируют жизнеспособные модели организации массовых протестов и беспорядков. Парадоксально, но «Ростех» может стать соавтором успешных технологий политической борьбы. Тех самых, которые до него безуспешно пытаются реализовать сертифицированные оппозиционеры в лице Алексея Навального и др.

Иголкин

01.07.2018

Материалы по теме

Матримониальный мусор «Ростеха»