Не готовы к самопожертвованию: никто не хочет быть мэром Магадана

6470
0
64700
Источник: Новая Газета
Действующий мэр города Юрий Гришан объяснил, что еще не определился, готов ли к самопожертвованию, а другие потенциальные кандидаты не дождались сигнала от популярного и нацеленного на развитие региона губернатора Сергея Носова. Тем временем население Колымы стремительно редеет, а оставшиеся жители мечтают переехать «на материк», где не так холодно и дешевле продукты. Специальный корреспондент «Новой газеты» Илья Азар съездил в Магадан и нашел там пятерых кандидатов на вакантный пост мэра.

Депутат городской думы Магадана Николай Истин пришел подавать документы на пост мэра столицы Колымы 20 октября — в последний день конкурса. Заявление у него не приняли по формальной причине. «Там требуется оригинал трудовой книжки, а я не смог ее найти. Тупая история», — объясняет депутат и широко улыбается.

Пока Истин искал трудовую книжку, ему рассказали, что необходимый пакет документов до мэрии так никто и не донес. Вроде как приходили в конкурсную комиссию охранник с Китайского рынка и местный предприниматель (и поэт) Константин Поторока, но у них тоже что-то не сложилось. Так что трудовая Истину не понадобилась — одного кандидата для конкурса недостаточно.

Когда на следующий день стало известно, что желающих стать мэром Магадана не нашлось, новость об этом принялись тиражировать федеральные СМИ: даже Иван Ургант пошутил об этом в своем вечернем шоу. В самом городе, впрочем, особого ажиотажа известие не вызвало — возможно, потому что губернатор Сергей Носов, его зам по внутренней политике Андрей Колядин и председатель областной думы Сергей Абрамов после прошедших 13 сентября выборов в областную и городскую думу («Единая Россия» одержала на них сокрушительную победу) разъехались по отпускам.

Не согласовали

Действующий мэр Юрий Гришан остался в городе и вроде как собирался идти на свой второй срок, но документы почему-то тоже подавать не стал. «Хотел, наверное, как в прошлый раз [в 2015 году], за 2 часа до конца податься, но сейчас других заявок не было, и ему идти не было смысла», — предполагает Истин, хотя очевидно, что никто не мешал Гришану заблаговременно найти себе на конкурс технического спарринг-партнера.

Больше недели мэр хранил молчание, чем только подогревал интерес к теме. На интервью «Новой газете» Гришан времени так и не нашел, хотя перед моим вылетом в Магадан обещал «все рассказать и показать». 29 октября 63-летний Гришан наконец объявил, что

еще способен «физически работать в мэрии», но ему «нужно все взвесить и ответить самому себе: готова ли семья, готов ли [он] к самопожертвованию».

До 11 декабря в Магадане будут повторно собирать заявки от желающих руководить городом, а пока полномочия нерешительного мэра продлили.

Один из самых известных магаданских оппозиционеров Дмитрий Журов (работает системным администратором в школе) считает, что кандидатуру мэра просто не успели согласовать из-за отпусков, а независимые претенденты «решили не соваться, потому что выберут все равно того, кого согласуют». По регламенту в конкурсную комиссию входит по пять представителей от гордумы Магадана и губернатора области, а потом городские депутаты выбирают мэра из отсеянных комиссией кандидатов.

«Когда Носов пришел (бывший мэр Нижнего Тагила был назначен врио губернатора Колымы в мае 2018 года. — Прим. «Новой»), у всех были надежды, что он турнет Гришана, может, даже раньше срока, но этого так и не произошло, — говорит Журов. — Видимо, Носова устраивает фигура Гришана в качестве громоотвода, потому что проблем здесь куча, повсюду сыпятся косяки, и удобно, когда есть мэр, на которого скидывают все неудачи».

— Насколько мне известно, [по кандидатуре мэра] договорились, все нормально, а почему никто не выдвинулся, не знаю, — улыбается Истин.

Первым из отпуска в город вернулся вице-губернатор Магаданской области по внутренней политике Андрей Колядин, близкий к Кремлю политолог, которого центр регулярно направляет в помощь региональным лидерам. «Главный серый кардинал области то в «Пусть говорят» сидит, то еще где-то [в Москве], хотя должен тут быть. Но зачем, если они выстроили систему и с местными воротилами договорились. Гришана они не хотят согласовывать, но подходящей кандидатуры у них нет», — считает местный блогер Вячеслав Филогриевский.

Политолог Колядин принимает меня в своем кабинете — он подчеркнуто спокоен, даже расслаблен. Вице-губернатор рассказывает, что когда он в свое время отвечал в администрации президента за согласование подобных кадровых назначений, то кандидатов «приглашали к [бывшему замглавы АП Владиславу] Суркову и все с ними проговаривали». Сейчас не так. «Шеф объявил, что возможность [выдвинуться] предоставлена любому жителю Магаданской области. Мы решили организовать демократическое обсуждение этой темы, никому не давали никаких наставлений, в маковку никого не целовали, иконы не выносили», — говорит Колядин.

К подобному разгулу демократии в Магадане оказались не готовы.

«Видимо, традиции, которые сложились не только в Магадане, но и по всей России, предполагают некое благословение, а без него действующий мэр и представители самых разных элитных групп не решились выдвигаться», — сетует вице-губернатор.

Конфликт и коррупция

«Насущной потребности все бросить и во что бы то ни стало найти замену Гришану нет. Юрий Федорович вполне нормально справляется со своими обязанностями, хотя у него есть черты публичного политика, которые не столь необходимы сити-менеджеру, управляющему территорией. Это вызывает недоумение, но не конфликт», — аккуратно подбирает выражения Колядин.

Возможно, под чертами публичного политика вице-губернатор имеет в виду неоднозначную активность Гришана: тот, например, вводил штраф за кормление голубей (еще до протестов в Хабаровске) и часто допускает неуместные высказывания, как-то раз даже процитировал в своем твиттере Геббельса.

Признаки недовольства губернатора Носова мэром есть: он говорил, что Магадану нужен более ответственный руководитель, и анонсировал предстоящую ротацию глав муниципальных образований в Магаданской области. «Яркой дружбы, когда мэр и губернатор при встрече долго стоят обнявшись, у них нет, но и нет конфликта, как был между [экс-губернатором Самарской области Константином] Титовым и [мэром Самары Виктором] Тарховым», — говорит Колядин, который работал в Самарской области и в ходе разговора не раз вспоминает свои предыдущие подвиги.

По словам Колядина, в области к выборам 2020 года произошла консолидация всех элит, которые работали на них как единая машина. «Да, мы на повышенных тонах с местными элитами периодически решаем, как идти к определенной цели, но это не конфликт. Никаких межэлитных разборок я тут не вижу», — уверяет меня вице-губернатор.

С ним согласны не все. «С Носовым они сразу в контры вступили. На одном из первых совещаний губернатор спросил: «Кто собрался возле своей дачи дорогу асфальтировать? Вы охренели? В городе нигде не асфальтируют, а вы — около дачи!» А это дача Гришана была, и Носов это знал», — рассказывает блогер Филогриевский (видимо, речь идет о совещании, известном, благодаря фразе губернатора о мухоморах.

В местных СМИ блогера называют «главным критиком мэра».

— Вы соответствуете этому титулу? — спрашиваю я Филогриевского с иронией.

— Да, ведь так, как его критикую я, никто не критикует, — гордо отвечает блогер и тут же признается почему: по приказу мэра, как считает Филогриевский, его в 2017 году уволили с городского телеканала МТК.

Когда журналист открыл свой канал в YouTube, то понял, что «ролики можно делать через день, потому что в городе косяк на косяке и скандалов с коррупцией очень много». Например, Филогриевский утверждает, что связанный с депутатом-единороссом Эдуардом Козловым человек якобы продавал городу квартиры для детей-сирот, каждая из которых была на 500 тысяч рублей дороже реальной стоимости.

— Здесь какая система? Ничего не получится, пока с Гришаном не найдешь общий язык. У меня знакомые есть в стройке, которые муниципальный тендер выиграли, все сделали, а деньги ждали месяцами. Если выиграешь в суде, то больше тендеров не дадут, — утверждает блогер.

Кстати, в подконтрольном мэрии СМИ «Говорит Магадан» стрелки в истории с квартирами для сирот переводили на губернатора. Это к вопросу об отсутствии конфликта.

«У Гришана родителей на Колыму сослали, видимо, у него психологическая травма, поэтому если ему кто-то перечит, то сразу становится личным врагом», — говорит Филогриевский и рассказывает историю про увольнение сотрудников из спортивной школы № 4: «Гришан поставил ставленника во главе спортшколы, который уже уволил 12 тренеров. Например, двух братьев-хоккеистов, которые даже в «Амуре» играли. У них отец хоккейный судья, на которого во время матча, а Гришан играет в хоккей, мэр орал недовольный.

После этого он «сожрал» двух его сыновей, то есть от его личных амбиций страдает город».

Неблагодарная работа

Магадан выглядит как любой небольшой город в центральной России: неухоженный, забытый и депрессивный. «Не убирают зимой снег, летом тут пыль, весной и осенью — грязь. Коммунальное хозяйство попилено между несколькими управляющими компаниями, которые ничего не делают, — перечисляет проблемы Журов. — Улица Портовая сыпется еще с 2014 года, но только с приездом Носова ее наконец начали укреплять. Дома разваливаются (жилой фонд города состоит из нескольких «сталинок» и десятков пятиэтажек, построенных вместо бараков в 80-х годах. — Прим. «Новой»), ничего нового не строится, цены в два-три раза выше, чем на «материке».

— Качество услуг в медицине — дерьмо полное. Сюда едут заработать врачи с Алтая, причем худшие из них — те, кто там не смог устроиться, — говорит блогер-краевед и гид по Колыме Евгений Радченко. — Ну и зачем людям подставляться под неразрешимые проблемы на посту мэра?

Бюджет Магадана составляет всего 6 с небольшим миллиардов рублей, то есть особенно не разгуляться,

поэтому многие в городе входят в незавидное положение градоначальника. «Денег нет, от мэра требуют до хрена, а климат — холодный и морской, как будто находишься на авианосце, потому что Магадан выпирает в море. Климат превращает в труху весь бетон плюс вечная мерзлота. Здесь собрано все самое отвратительное для того, чтобы за это отвечать, — будь мэр хоть хозяйственником семи пядей, что тут сделаешь?» — говорит Радченко.

— Мы Гришана, бывает, раскатываем в блин, — смеется главный редактор независимого местного издания «Весьма» Андрей Гришин. — Но он на самом деле довольно адекватный чувак, со своими, конечно, странностями и, в общем-то, неплохой мэр в тех условиях, в которых вынужден работать: финансирования нет, а весь хейт идет на тебя.

Снисходительно относится к деятельности Гришана даже первый секретарь обкома КПРФ Магаданской области Александр Ищенко: «Работает он нормально, вроде получается. Есть, конечно, недостатки из-за недофинансирования, и нарекания есть, но мы с ним вопросы решали, и нам он не противостоял».

Синдром разрухи

«Когда я первый раз ехал из аэропорта (он находится в 50 километрах от города. — Прим. «Новой»), то ощущения были, будто около Магадана произошли боевые действия. Поселок Уптар, наполовину нежилой, с домами с выбитыми окнами, привел в шок, — рассказывает вице-губернатор Колядин. — Приехав в Нагаевскую бухту (здесь находится Магадан. — Прим. «Новой»), увидел облезлые мазанки, карабкающиеся по склонам, и после Москвы, Воронежа, где я был вице-губернатором, и Екатеринбурга, где был замом полпреда, это, конечно, било по глазам».

Если в советское время на Колыму ехали за «длинным рублем» и к концу 80-х годов население основанного в 1939 году города выросло до 150 тысяч человек, сейчас в Магадане официально зарегистрированы чуть больше 90 тысяч. «У нас город бюджетников, малого бизнеса немного, нормальных баров и ресторанов около десяти. Жителей, по моим ощущениям, около 80 тысяч, потому что многие уехали, но не выписались», — говорит журналист Гришин.

В области ситуация еще серьезнее: из 400 тысяч жителей Магаданской области (размером с Францию) осталось меньше 150 тысяч. Средняя зарплата, по официальным данным, составляет чуть ли не 100 тысяч рублей, но все местные говорят, что реально — 40–45 тысяч. «У тех, кто работает в горнодобывающей отрасли, на золоте, на рыбе, хороший заработок — вот они и делают статистику», — объясняет Гришин.

Вся жизнь на Колыме всегда была сосредоточена в столице и в поселках, построенных зеками вдоль Колымской трассы. «В них ситуация ужасная, занято процентов 40% квартир, и люди, которые там живут, просто не могут продать квартиру и уехать, потому что она никому не нужна», — говорит Гришин. Поселки все равно стремительно пустеют, и их постепенно «закрывают», чтобы не тратить огромные средства на поддержание жизни в населенных пунктах, где «в спартанских условиях» живут несколько десятков человек.

Недавно расселили поселок Атка, где помимо заправки и ресторана оставался один обитаемый дом. Две семьи (одна из них держит придорожное кафе — единственное на многие километры) остались жить в поселке — им выдали буржуйки, поставили туалет. «Районные центры еще как-то держатся, а все остальные поселки существуют только за счет артелей, то есть это вахтовые городки, куда люди приезжают только на рабочий сезон», — объясняет Радченко, который на своем минивэне изъездил всю область.

Все мои собеседники рассказывают про давно сложившийся у жителей Колымы синдром отложенной жизни. «Люди, которые были привезены сюда закованными в наручники, не планировали здесь жить, но до 1956 года их принудительно здесь оставляли. Потом людей завлекали сюда самыми высокими в СССР зарплатами, — рассказывает уже во всем разобравшийся «варяг» Колядин.

— Высококвалифицированный специалист, работавший на рыбе или золоте, мог за сезон заработать себе на машину или на квартиру в Москве».

Именно этим синдромом Колядин объясняет отсутствие в Магадане достойных его персоны квартир. «Люди считали и считают, что здесь они как-нибудь перекантуются, а жить будут «на материке», где они покупали жилье и куда ставили хорошую мебель и технику. Будучи в Магадане в гостях у очень умных и выдающихся людей, я обнаружил, что они живут в квартире из 90-х», — рассказывает Колядин. Он и сам вынужден был поселиться в похожей квартире: «Здесь нет жилья, в котором можно жить как [подобает] чиновнику. Я снимаю за свой счет квартиру под 100 тысяч рублей, но когда дочь увидела ее по скайпу, то начала кричать: «Ой, ретро, ретро!»

Жизнь ретро — это особенность Магаданской области», — с хорошо заметным московским снобизмом говорит Колядин.

Он рассказывает, что как-то пришел к приятелю в гости и обнаружил подъездную дверь висящей только на верхних петлях. «Чтобы зайти в дом, дверь надо отодвигать. Я предложил знакомому вдвоем ее поднять и повесить на все петли, а он ответил: «А зачем? Она уже лет 20 висит, мы уже привыкли», — рассказывает вице-губернатор.

— Это вопрос к мэру?

— Мы начали порядок наводить (имеется в виду национальный проект «Жилье и городская среда». — Прим. «Новой»), но в год возможно отремонтировать не больше 50 дворов на средства из федерального бюджета, — отвечает Колядин, игнорируя мой вопрос про главу города.

Все уезжают

На смотровой площадке в Нагаевской бухте в последнее время стало веселее: здесь теперь не только памятник Высоцкому (его имя недавно дали магаданскому аэропорту, хотя говорят, что он лишь однажды прилетал сюда к другу), но и качели с фантастическим видом на море. Если не оборачиваться назад, то быстро забываешь, что ты в пятиэтажном Магадане, который будто застрял в Советском Союзе.

На качелях сидят школьники Сева и Эвелина — оба выглядят как московские хипстеры.

— Тоже уехать хотите, наверное? — спрашиваю я.

— Само собой, — отвечает кудрявый Сева в розовой толстовке.

— Потому что в Магадане нет будущего, — присоединяется к нему блондинка Эвелина.

— Хотелось бы после школы уехать, куда получится, по обстоятельствам, где квартира будет, — говорит ее друг.

— Сюда не вернетесь? — спрашиваю я, хотя заранее знаю ответ.

— Если только в гости к родителям, но жить и работать — нет, потому что тут делать нечего.

— Мы сегодня по одной улице прошли три раза, — вставляет Сева.

— Так вот качели же сделали.

— Да, строится что-то красивое, но это больше приезжих впечатляет. Тем, кто живет тут всю жизнь, хочется скорее уехать, — говорит Эвелина. По ее словам, ее родители тоже пытались покинуть Магадан, но не вышло.

— А одноклассники?

— У нас все хотят уехать, но получится не у всех, конечно.

По словам журналиста Гришина, из Магадана уезжают и пенсионеры, и молодежь (только за первые 8 месяцев 2020 года с Колымы уехали почти 3500 человек): «У нас остался единственный Северо-Восточный университет. Еще техникумы, причем они все заполнены, а вот СВГУ недобрал в этом году 60 человек, потому что все стараются поступить куда-то еще». Гришин и сам после школы уезжал учиться в Хабаровск, пожил в Санкт-Петербурге, где работал барменом и играл в музыкальной группе, но после армии вернулся в Магадан.

Из муниципальной газеты «Вечерний Магадан» его уволили за твит про российского дипломата Сафронкова. После увольнения он создал новое издание «Весьма», первое время совмещал руководство изданием с работой таксистом, но сейчас его сайт — самый популярный в городе.

— Почему не уезжаешь?

— Так-то в планах это есть, и жена требует — детям нужно образование. Но что-то пока держит — тем более если все продать и уехать, то у людей не будет возможности высказаться, а нам, пока мы работаем, получилось многим помочь, — отвечает Гришин, которого в 2019 году двое избили в подъезде, посоветовав «больше такого не писать».

«Я первое время, когда приехал, вообще ни одного человека не встречал, который хотел бы тут остаться, — признается вице-губернатор Колядин. — Но за последний год я начал регулярно встречать таких людей и знаю тех, кто вернулся. Но сказать, что все желают провести свою старость где-нибудь в бухте Гертнера, загорая суровым магаданским летом, нельзя. Люди хотят жить в тепле, чтобы была более цивилизованная жизнь».

Он рассказывает, что «изрядная часть команды губернатора», которая приехала с ним в Магадан, уже уехала обратно из-за проблем со здоровьем. «Как говорит спикер областной думы, доплаты здесь не за то, что ты живешь на севере, а за то, что ты теряешь здоровье. Через несколько месяцев здесь появляются болезни, которых у тебя никогда не было, жить здесь тяжело, и средняя продолжительность жизни намного ниже», — говорит Колядин.

Главный редактор «Весьма» рассказывает про программу получения жилищных сертификатов, которая заработала еще в 1997 году. «В эту программу встало огромное количество людей, и сейчас в ней состоит 18 тысяч человек, если не больше, но еще не все люди, которые встали в программу в 97-м году, получили квартиру, потому что очередь двигается человек на 70 в год», — рассказывает Гришин.

У блогера Филогриевского из Магадана уехала сестра и родители. Ему самому нравится природа и возможность купить живого краба за тысячу рублей, но и он обдумывает отъезд в Краснодарский край к родителям. «Всех здесь держит надежда, все думают, что должно что-то поменяться. Сейчас свет в оконце — губернатор», — говорит он.

После увольнения Филогриевский зарабатывает на жизнь собственным агентством недвижимости.

— Покупают квартиры-то?

— Сейчас идет ажиотаж, потому что в этом году программу «Дальневосточная ипотека» для Магадана расширили на «вторичку» — нового жилья-то в городе не строят.

— А кто берет?

— Недавно у меня люди из Палатки купили, чтобы переехать в Магадан. Многие берут квартиры, чтобы сдавать вахтовикам и откомандированным сотрудникам правоохранительных органов, — рассказывает блогер.

Но уезжают не все. В Магадане есть мемориальная квартира знаменитого советского певца Вадима Козина — после лагеря он не вернулся в Москву, прожил в Магадане до смерти в 1994 году, чем очень удивил своих поклонников. Так и не уехал из Магадана и самый известный местный художник Александр Пилипенко. Мой вопрос о том, выставляется ли он в Магадане, его оскорбляет.

— Вообще-то в Магадане я выставляюсь из чувства патриотизма, гораздо приятнее выставляться в Италии или Хорватии, что я и делаю. Конечно, я стараюсь не пропускать магаданские выставки, но если на моей персоналке в 1986 году было 400 человек, то сейчас на вернисажах в городе бывает 30 человек максимум.

— А чего не уедете? — спрашиваю, пока мы пьем коньяк в его мастерской на последнем этаже обычной пятиэтажки.

— А мне здесь нравится. Есть домоседы, а я «мастерскаясед», мне пофиг, где будет моя мастерская: на севере Италии или здесь. Я не очень люблю людей и не каждый через мое «сито» проходит. Конечно, тут может играть роль эффект первого парня на деревне, ведь я лучший художник в Магадане…

— Но в Италии-то теплее, — возражаю я.

— У меня замечательное отопление! К тому же я воспитан на принципе «от добра добра не ищут».

Пилипенко рассказывает, что в советское время в Магадане были «самые шикарные преподаватели не только в институтах, но и в школах». «Уровень интеллигенции тут зашкаливал, Магадан был абсолютно космополитичным городом. Я тогда себя чувствовал в своей тарелке еще только в Ленинграде, потому что только там слышал у прохожих такой же уровень разговора», — говорит он с ностальгией.

Кандидат № 1. Тамара Крюкова

Зайдя во двор одного из домов по улице Карла Маркса, я обомлел — налицо были все признаки свежего благоустройства. С богатой Москвой, конечно, не сравнить: унылая детская площадка и очень много асфальта. Но и такого в Магадане практически не встретишь.

Добилась благоустройства и капитального ремонта в своем доме 1955 года постройки боевая пенсионерка, председатель ТСЖ Тамара Крюкова. Она 10 лет воюет с городской службой жилищно-коммунального хозяйства. «Своими действиями я повышаю стоимость собственного жилья. Мой младший сын уехал жить в Чехию, и я хочу продать квартиру и переехать к нему», — признается Крюкова.

Однажды она с сыном съездила в Чехию по путевке (раз в два года жителям Колымы компенсируют билеты до места отдыха и обратно), после чего тот твердо решил переезжать. Сын отучился в поселке Стекольный в Магаданской области на бульдозериста, работал на ТЭЦ, где получал 60 тысяч рублей, скопил денег и уехал в Угерске-Градиште, где теперь работает сварщиком (и уже купил квартиру).

В январе Крюкова ездила к сыну в гости и поразилась: «25 тысяч населения, один крохотный завод для мигрантов, но у каждого дома мусорный контейнер с крышкой! Он мне присылает фото со своего завода, где в цеху белые стены! Это как?»

Пенсия у Крюковой — 23 тысячи рублей (48 лет «северного» стажа), еще 24 тысячи получает как курьер в местной филармонии (билеты на Башмета — по 6 тысяч рублей, на Гришковца — 5 тысяч). «Моя сестра, преподаватель биологии, получает 40 тысяч, старшего сына, учителя, с 1 ноября сократили», — объясняет она свою мотивацию к переезду.

«Во-первых, тут холодно и отсутствует комфорт элементарный. Мы живем в громадных лужах, там разруха, здесь разруха, там яма, тут колдобина. Во-вторых, работы нет, все сворачивается, все продается и закрывается. В-третьих, у нас ничего не растет на вечной мерзлоте, поэтому цены высокие, а зарплата им не соответствует.

У моей коллеги в Кирове пенсия 15 тысяч, но там ведро картошки стоит 10 рублей, а у нас килограмм — 60 рублей», — тараторит Крюкова.

Она ведет меня на свой балкон, на котором нет ограждения. «Наш двухэтажный дом закончили ремонтировать за 35 миллионов рублей в январе 2018 года, а в апреле обвалился фасад. Первые пять лет судилась, чтобы провели капремонт, а теперь сужусь, чтобы доказать, что эта вина мэрии (рядом с компьютером у нее дома стоит этажерка, набитая документами. — Прим. «Новой»). Но ЖКХ в упадке по всей стране, поэтому переезжать в пределах РФ нет никакого смысла: везде те же чиновники и те же законы, которые настроены на то, чтобы защитить государство от поползновений на государство хоть что-то от него получить», — говорит Крюкова.

Однажды пенсионерка заметила в документах, что за демонтаж старых поручней и за установку новых на восьми балконах в доме подрядчику заплатили 80 тысяч рублей, хотя ограждения никто не менял. «Сумма небольшая, но пример очень яркий. И вот в апреле я сижу, никого не трогаю, как на моем балконе начинает пилить поручни узбек», — рассказывает Крюкова. С тех пор на одном из двух ее балконов поручней нет — новые никто не поставил.

Улучшения ситуации в городе при новом губернаторе она не видит: «Чистые понты! На наше благоустройство Носов лично приезжал, сказал при куче народа, что сделают прорезиненное антитравматическое покрытие, а нам потом высыпали гравий, и все, — она показывает на телефоне фотографию огромной лужи около ее подъезда. — Эта страна просто утратила моральное право на существование. Все время приходится доказывать свою правоту. По поводу луж мне ответили, что в план благоустройства водоотводные работы не входят, это не наша компетенция».

Когда Носов приходил в ее двор смотреть на работы по благоустройству, Крюкова подвела его к балкону.

«Носов загрохотал: «Что? Как?» Потребовал все решить, но ничего не изменилось. Вот я и говорю, что чистые понты это», — говорит пенсионерка.

— А что думаете про мэра Гришана?

— Он абсолютно никакой хозяйственник, — фыркает Крюкова. — Тут воруют со всех сторон, причем рука руку моет. В самой мэрии порядка нет, там группировки-группировочки бюджетные деньги растаскивают. Руководитель ЖКХ 35 миллионов на нашем капремонте по ветру пустил, и что, кто-то там пострадал от этого? Совершенно никто!

— А почему никто не пошел в мэры?

— Вот смотрите: филармония в Муниципальном центре культуры арендует два кабинета, и кроме филармонии никто там не продает билеты по безналу, только наличкой. Мэр города об этом не знает, думаете? Вот и скажите, дорого ли будет стоить жизнь нового честного мэра, который придет к директору МЦК и скажет, что с сегодняшнего дня все деньги проходят только через кассу? Представляете, о каких деньгах идет речь, если зал на 500 мест никогда не пустует, а билеты по 5000 рублей?

Несмотря на то что Крюкова твердо решила уехать в Чехию, в 2020 году она баллотировалась в областную думу от Партии социальных реформ, но жалуется, что ее обманули. Подписей она не собрала, а с подработки в Центре общественного контроля в сфере ЖКХ ее попросила уйти, поскольку сама баллотировалась от «Единой России».

Перспектив в Магадане при нынешней власти пенсионерка не видит: «20 лет назад Путин сказал, что выстроит вертикаль власти, но никто не думал, что это угроза. Вышло же, что каждого чиновника, который не вписывается, ждет участь Немцова», — говорит Крюкова и ведет меня в другую комнату показать горшок с цветком, который она назвала Алексеем Анатольевичем в честь оппозиционера Навального.

«Маяк» и Палатка

Надежду на лучшее будущее для жителей Магадана и всей Колымы олицетворяет небольшой парк «Маяк» на берегу бухты Нагаева. Магадан смог стать одним из победителей федерального конкурса проектов городской среды в малых городах, поэтому парк был сделан в основном на федеральные деньги по всем современным лекалам (все новые парки сейчас похожи на концепт «Стрелки»): дорожки, качели для взрослых, детская площадка. Ничего похожего в городе Магадане нет, поэтому здесь собираются десятки людей и днем, и вечером. «Хорошо, конечно, хоть что-то для детей сделали. Их отсюда не вытащишь», — говорит мне мужчина, который привел сюда дочь. Про то, что никто не хочет быть мэром города, он, кстати, даже не слышал.

«Там сейчас весь город набивается в солнечный выходной день, ведь больше нигде таких скамеек нет в городе. Глаз отдыхает хоть на чем-то современном и красивом, а остальное все — капец. Но таких парков надо пять, не меньше», — говорит колымский гид Радченко, а блогер Филогриевский ноет, что парк парком, а экономики нет, и люди спиваются.

Другой пример позитивных изменений на Колыме не связан даже с федеральным финансированием. Местный олигарх (доход почти 2 миллиарда рублей) и депутат областной думы Александр Басанский, как какой-то арабский шейх, превратил поселок Палатка (центр своего избирательного округа) в рай. «Басанский поставил там арт-объекты, сделал освещение, покрасил все дома, сделал дороги. Разве что со вкусом там проблема: недавно поставил водопад, который увидел в аэропорту в Арабских Эмиратах», — рассказывает журналист Гришин.

По словам Радченко, приехавший на Колыму с Украины Басанский был в 90-е годы директором Карамкенского ГОКа, приватизировал его, но модернизировать не смог и активы распродал. На полученные деньги стал заниматься производством лимонада и майонеза, получал как местный производитель льготные кредиты, потом женился на племяннице Лужкова, после чего стал скупать артели и сейчас с них и живет.

С Басанским мы встречаемся в его ресторане «Хуторок» в самом центре Магадана, он отказывается говорить под запись, много матерится и рассказывает, что это раньше север в Магадане был крайним, а теперь при губернаторе Носове началась «движуха»: пошли инвестиции, все строится. Басанский очень надеется, что Носов останется на второй срок.

«У меня [на производстве] все ******** [стараются], а остальные ******** [уезжают], но в Палатку уже три семьи вернулись, потому что политика при Носове изменилась», — говорит он.

Басанский показывает мне на телефоне фотографии Палатки, с гордостью демонстрирует водопад, хвастается, что в его поселке больше всего фонтанов на душу населения. Демонстрирует фотографии санатория «Талая», который он сейчас обновляет, и танка Т-34. Сейчас он скупает военную технику, чтобы построить в Палатке самый большой на Дальнем Востоке парк «Патриот».

— Чувствую, Палатка будет через 50 лет столицей Колымы, — говорю я с иронией, но Басанский соглашается. Он надеется, что его примеру последуют другие бизнесмены области и тоже будут активнее вкладывать свои деньги.

Про мэра Гришана Басанский говорит обтекаемо: не идеальный, но и не безнадежный, признает, что «на три копейки ничего и не сделаешь». «Басанский — исключительно харизматичный человек и если бы пошел в актеры, то был бы блистательным актером российского масштаба, на уровне Леонова или Евстигнеева. Он очень сильно любит себя, а чтобы любить других, нужно любить себя. Его положительные черты очень сильно нам импонируют, ведь он реконструировал Палатку за свой счет и сейчас заканчивает то же самое делать с Олой. Для России это нетипично», — хвалит Басанского Колядин.

По словам вице-губернатора, и другие бизнесмены — Владимир Христов («Сусуманзолото»), Александр Несис («Политметалл»), Михаил Котов («Маг-Си Интернешнл») — вкладывают серьезные ресурсы, чтобы реконструировать дороги, красить дома и менять коммуникации. В пример приводит Несиса, который планирует вложить 500 миллионов рублей в изменение облика Северо-Эвенского района.

Кандидат № 2. Артем Ковалев

После публикации ресурса «Весьма» об отсутствии желающих стать мэром Магадана местные жители в соцсетях требовали выдвижения заместителя директора местного Краеведческого музея по инновационной и коммерческой деятельности Артема Ковалева. Его в городе знают, да и в 2015 году он заявку на конкурс подавал. Однако на этот раз Ковалев решил уступить дорогу более достойным: «На прошлых выборах мне казалось, что все совсем плохо, а сейчас я знаю трех-четырех людей, которые по опыту, наличию команды и ресурсам справятся лучше меня. Но почему они не подали заявку, сказать сложно».

«Когда Носов приехал, то сказал, что Магаданская область выглядит так, будто Советский Союз ее покинул, а Российская Федерация не пришла.

В 90-е годы город выглядел просто чудовищно, и мне кажется, что вообще ничего не ремонтировалось. При мэре (и будущем губернаторе. — Прим. «Новой») Владимире Печеном начались сытные для России годы и все более-менее нормализовалось. Он на Чукотке подсмотрел, как красят дома в разные цвета, и это было первое за долгие годы заметное преобразование. Начали приводить в порядок центральные улицы, ставили фонтаны, на мой взгляд, совершенно тут бесполезные», — рассказывает Ковалев.

Музейный работник Ковалев — очень живой и активный человек. После интервью он устраивает мне экскурсию по городу, показывает интересные места и рассказывает, что весной занимается «цветочным бомбингом» — сажает в общественных местах разные цветы. Он старательно защищает городские и областные власти, настаивает, что парка «Маяк» без мэра Гришана бы не было: «Когда история начиналась и никто в эту тему не верил, он на совещаниях херачил городские службы, говорил, что есть шанс выиграть конкурс, а все говорили: «Мы никогда не выиграем, нет смысла и подаваться».

Ковалев, впрочем, признает, что и «существенного рывка» при Гришане город не сделал. «Мэр сам признавался, что задачи, которые он перед собой ставил, не были выполнены, но ведь есть важные инфраструктурные задачи, которые обычным людям не видны: канализация, тепло. Если бы разморозили город зимой, то были бы трупы, ведь отсюда никуда не уедешь», — говорит Ковалев. И подводит итог: «Сильно хуже не стало, где-то стало чуть лучше, но ничего страшного точно не случилось, а в российских реалиях это уже хорошо».

Ковалев напоминает, что при существующей в стране налоговой политике города в принципе получают мизер финансирования, и спрашивает меня: «Как вообще измерить эффективность мэра? У города нет бабок, чтобы что-то существенное делать, если город и область должны кучу денег, то как при этом активно развиваться?»

— Но гадости же про мэра рассказывают.

— Я считаю Филогриевского треш-блогером, и никакого доверия к нему у меня нет, человека обидели, и он до сих пор мстит. У нас много серьезных проблем, и их надо быстро и качественно решать. Я работал в правительстве, и в коррупцию я не очень верю, но верю в неправильно принятые решения. На один сворованный рубль приходится 10 потерянных рублей из-за некачественного управления, — уверяет меня Ковалев.

— Но город объективно выглядит печально, — говорю я.

— Когда пришел Гришан, одним из основных моментов его программы было обещание убирать город: каждое лето сотни, если не тысячи самовольных построек увозят на полигоны. На месте парка «Маяк» еще три года назад было натуральное гетто.

Ковалев не стал баллотироваться в этом году и в депутаты, потому что занят более важными делами. Во-первых, он готовит для Краеведческого музея этнографический проект про малочисленные коренные народы области. «Мы объездили сотни, если не тысячи километров, и записали более 40 интервью. Представителей коренных народов становится все меньше, идет очень сильная ассимиляция, и уже единицы знают свой — эвенский, корякский или ительменский — язык. Иногда я делаю проекты для вечности — они просто нужны, и пофиг, актуальны ли они сейчас», — говорит Ковалев.

В прошлом году он записывал видео с городскими ветеранами. «Мы вдруг обнаружили, что их осталось меньше 10 человек, а никто с ними за 70 лет никакого материала не делал. Все, что было, — это сообщения о том, как губернатор или мэр поздравил ветерана, а фамилия его в лучшем случае в третьем абзаце», — говорит замдиректора музея и объясняет, что для него важно участвовать во всех городских проектах, не обязательно играя там главную роль. Он рассказывает, что делал в Магадане лекторий и разнообразные фестивали.

«Я стараюсь жить счастливо сейчас, и моя задача — ускорять какие-то проекты и процессы, потому что я хочу увидеть результат своими глазами, — говорит Ковалев и приводит пример. — Когда мы выиграли конкурс по «Маяку», я пригласил архитектора в гости, и мы сидели до шести утра обсуждали. Мы с женой делали концепт-проект — я написал лонгрид, а она нарисовала картинку. При этом я один из основных критиков этого места — например, там вместо больших деревьев посадили саженцы, — но это первый проект местных архитекторов, и пусть он получился с ошибками, у нас ведь только начинается нормальное благоустройство».

Ковалев говорит, что настроен оптимистично, потому что хочет жить в Магадане: «Это мой дом, и я хочу, чтобы мои дети здесь росли. Мне нравится, что море замерзает и бухта становится общественным пространством. Я вижу преимущества Магадана и сдвиги, которые происходят.

Я — советский человек в том плане, что слова «прогресс» и «развитие» для меня не пустой звук, и мне бы хотелось, чтобы в Магадане все строилось и развивалось.

Это может наивно, когда смотришь на текущую ситуацию в стране, но у меня фантазии и желания такие».

По словам Ковалева, уезжающие из Магадана люди обычно просто обманывают себя. «Неужели люди, которые переехали в Москву и встают в пять утра, едут на электричке из Королева, потом в метро на другой конец города, где пересаживаются на трамвай, думают, что нашли себя?» — смеется он.

— Ну а культурная жизнь?

— На Гергиева можно и в Питер слетать, а у нас проходит фестиваль «Территория», на который привозят спектакли со всей страны. Да и есть много людей, которым не нужен концерт «Металлики», — отвечает Ковалев и приводит пример. — Учительница из Орла приехала в наш поселок, ей дали подъемные, дали квартиру. Она говорит, что никогда бы на родине не работала в 35 лет замруководителя учреждения, что в Орле жила бы с мамой, а тут в поселке она — уже уважаемый человек.

Фактор Носова

Наталья Ветлицкая в своей песне про Магадан называла его «заброшенным краем». По словам вице-губернатора Колядина, для центра Колыма — что-то очень далекое, «родина страхов», поэтому денег туда давно не вкладывали. «Тем более что [предыдущие губернаторы области] Дудов и Печеный, понимая, что Москва несильно интересуется территорией, писали благостные отчеты.

Вы же понимаете, что когда приходит губернатор и говорит, что денег не нужно, его сразу отпускают с богом, — рассказывает Колядин. — Например, по официальным данным, в Магаданской области 74% дорог находились в нормативном состоянии, хотя в Магаданской области дороги с твердым покрытием отсутствуют как класс. Мы провели исследование и выяснили, что нормальных дорог тут только 17%».

— То есть до Носова ничего не делалось?

— В рамках тех ресурсов, которые сюда выделялись, губернаторы и мэры делали многое, но в 90-х здесь вообще все было брошено. Не знаю, легенда это или нет, но говорят, что сюда приезжал Гайдар и сказал, что развивать север больше не планируется, будут осваивать его вахтовым методом. Сейчас жители Колымы требуют быстрых перемен и очень недовольны, что они происходят медленно, но быстро ничего не сделаешь. Потихонечку меняем дороги, ремонтируем фасады — до начала коронавируса Носов своими пробивными способностями сумел договориться, чтобы сюда выделялись серьезные ресурсы.

Летом 2020 года КБ «Стрелка» презентовала в Магадане Стратегию пространственного развития Магадана до 2030 года. В здании правительства сейчас стоит специальный экран с презентацией плана, и программа, конечно, производит впечатление: на месте старых домишек в районе Нагаева планируется что-то похожее на преуспевающий городок на Аляске. По плану в Магадане собираются построить 230 тысяч квадратных метров жилья, благоустроить более 30 гектаров городских улиц, создать около 20 социальных и досуговых объектов, произвести реконструкцию инженерных сетей, восстановить экосистему реки Магаданки.

«У нас очень классный губернатор, он задал позитивную повестку дня, какой-то бешеный темп работы! Он умеет привлекать деньги из министерств», — депутат Истин рассказывает о Носове с восхищением. По его словам, предыдущий губернатор Печеный, чтобы избежать конфликтов, брал много кредитов (долг области вырос с 3 миллиардов до 12). «Тогда всем казалось, что федеральным властям безразлично развитие Дальнего Востока, но судя по тому, как сейчас вкладывались деньги в развитие электроэнергетики Магаданской области, которая не позволяли раньше развиваться золотодобывающей отрасли (Непонятно, что чему не давало развиваться.), это не так».

Гид Радченко с удовлетворением рассказывает, что власти наконец взялись за Колымскую трассу и в 2021 году планируют положить 70 рекордных километров асфальта, хотя раньше в некоторые годы строили по 5–7 километров.

Дороги в Магаданской области практически не делались, причем не только из-за недостатка средств, но и потому, что трудно найти подрядчиков.

«Завозить людей и технику слишком дорого, а местные за последние 30 лет подрасслабились, поэтому некоторым дорожным компаниям по 5-6 раз приходилось переделывать работу, но в целом качество работы резко изменилось», — говорит Колядин.

— Мэр говорил, что мы и 200 миллионов не можем освоить, поэтому губернатор надеется, что появится кандидат в мэры, который этот темп выдержит. Нам очень не хочется конфликта между мэром и губернатором в последующую пятилетку, нам хочется тандем и синергию, — рассказывает депутат Истин, и становится понятно, что конфликт с областной властью у Гришана все же есть.

Похоже, и сам мэр понимает, чем дело пахнет. «Задачи, с которыми в последнее время приходится сталкиваться, в том числе с увеличением количества средств, которые надо осваивать по национальным проектам, — это все очень жестко! Сейчас спрос очень серьезный!» — заявил он в комментарии «РЕН-ТВ».

Местные жители волнуются, что губернатор Носов приехал сюда лишь временно и использует Магадан как трамплин для переезда в Москву.

— Носов надолго здесь? — спрашиваю я Колядина.

— Мне различные башни Кремля предлагали города на выбор, но Носов на нашей встрече сказал интересное: «У меня дед создал Магнитку и вошел в историю Урала, его именем назван институт и населенные пункты. Отец реконструировал металлургию на Украине, он — национальный герой Донбасса, и я хочу сделать [столько], чтобы по своим заслугам перед народом претендовать на памятник». Это амбициозная, но правильная задача, — объясняет вице-губернатор, почему поехал в Магадан, а не на Сахалин или в Новосибирск. — Ведь деньги, дома в Майами и Монте-Карло или любовь красивых девушек для души ничего не дают.

По словам Колядина, Носов не только привлекает деньги из Москвы, но и помогает увеличивать доходы местного бизнеса. «Когда Носов на Колыму приехал, тут добывали 32–36 тонн золота, а сейчас уже на 10 тонн больше», — с гордостью рассказывает вице-губернатор.

— А как он на это повлиял?

— Речь о преференциях, которые получены через [полпреда президента на Дальнем Востоке] Трутнева, налоговые послабления, инвестиционные ресурсы. Говорить, что это сделал один Носов, неправильно, но он однозначно принимал в этом участие. Разработки идут вдоль трассы, а если начать осваивать всю Колыму, то она будет приносить как минимум половину всех доходов РФ.

Но чтобы работать за пределами Магадана, при температуре -50 градусов, конечно, нужны энтузиасты.

Кандидат № 3. Николай Истин

Потерявший трудовую книжку Истин — один из тех немногих, кто в Магадан вернулся. В столице Истин окончил РУДН, а в 2012 году впервые попробовал себя на выборах — баллотировался в муниципальные депутаты, еще когда служил в военной прокуратуре. Проиграл, потому что тогда «был ювелирный подход к отбраковке подписей».

После поражения Истин работал в Москве в банковском секторе, но в 2014 году вернулся в Магадан, где у его родителей «Тальский завод» по производству безалкогольных напитков. Следующие несколько лет Истин пробовал участвовать практически во всех избирательных кампаниях как в Магадане, так и в Москве: за последние пять лет он поучаствовал в четырех избирательных кампаниях.

Сначала в 2015 году проиграл единороссу на выборах в гордуму Магадана один процент, потом пробовал податься на пост мэра, но опять ошибся с документами (забыл, что продал машину). В 2017 году проиграл муниципальные выборы в Москве по Ломоносовскому району. Неудачи не остановили Истина, и в 2018 году он все-таки победил на довыборах в гордуму Магадана.

— Откуда такая страсть к выборам? — спрашиваю я Истина, который по типажу очень напоминает члена почившего в бозе движения «Наши».

— Есть же общественные проблемы, о которых мы привыкли говорить на кухне. А зачем говорить на кухне, когда, отработав даже малый проект, можно получит результат, — отвечает он.

На новые выборы в городскую думу в этом году Истин пошел уже не как самовыдвиженец, а от партии власти, в которой, признается депутат, он состоял еще с 2009 года. «В Москве демократия, своеобразная атмосфера, а в Магадане другая история:

если хочешь работать и добиваться результата, то придется волей-неволей работать именно с этими людьми. Тут и так людей не хватает, чтобы еще грызть друг друга», — объясняет Истин.

По его словам, «маниакальной цели» стать мэром у него нет, а своим участием он хочет привлечь внимание к необходимости прямых выборов мэра. «Сейчас говорят, что это расстрельная должность, а еще в начале нулевых за эту должность грызли друг другу глотки. На самом деле мэр Магадана — это как глава управы одного из районов Москвы, то есть не самая сложная должность в РФ, и справиться с городом можно», — самоуверенно говорит Истин.

Сейчас депутат работает директором департамента по развитию бизнеса на заводе своих родителей. «Я в Москве познакомился с учредителями молочного завода, приехал в Магадан по их просьбе, стал маркетологом, но моих родителей тревожило, что я приношу конкурентам очень много денег. Те шутили: «Спасибо за сына, много денег приносит», и мама настояла, чтобы я к ним перешел», — рассказывает Истин. По словам депутата, он «восстанавливает былое величие Магаданской области» и собирается начать выпускать продукцию в стекле.

— Как все успеваете?

— Тут столько возможностей, не знаешь, что стрельнет, только успевай хвататься. Я кайфую от Магадана,

от природы, вижу результаты своей деятельности и ставлю себе дальше амбициозные задачи. Если уезжать в другой город, то только за образованием, а стратегически звезду с неба поймать маловероятно, работать там придется больше, а денег в среднем меньше.

Весь свой оптимизм Истин связывает с губернатором Носовым, который, по его словам, и стоимость электричества понизил почти два раза, и расходы на благоустройство территории увеличил. На мое замечание, что благоустройства в городе не видно, Истин говорит: «Когда начали выделять денежные средства, выяснилось, что кроме ремонта бордюров и асфальтирования подрядчик ничего не умеет. Задача депутатского корпуса сейчас вместе с жителями включиться в проекты благоустройства».

Бурьян, которым поросли все дворы Магадана, по словам Истина, управляющие компании убирать не обязаны. То же самое со снегом во дворах: «Муниципалитет не обращает на это внимания, и наш депутатский корпус возмущен. Я сам скидываю деньги, чтобы мой двор два-три раза за зиму убирали».

— Осыпалась штукатурка с домов на проспекте Ленина, где капремонт делали только пару лет назад, — рассказываю я об увиденном в городе.

— Я тоже ругаюсь по этому поводу. Сейчас наконец стали выделять средства в ФКР из бюджета региона, потому что денег жителей на все задачи не хватает.

— В общем, какую тему ни затронем, все ужасно…

— Мы видим проблемы, и решать их надо именно сейчас, — широко улыбается Истин.

Напоследок мы обсуждаем цены в местных ресторанах, и Истин советует шаурму с крабом за 900 рублей.

Я рассказываю, что неделю назад ел такую же на Камчатке почти в три раза дешевле. «Что поделаешь, если тут нет конкуренции ни среди рыбных ресторанов, ни на выборах мэра», — смеется Истин.

Выборы-2020

В сентябре на Колыме прошли выборы и в областную думу, и в городской совет Магадана. Разгромную победу на обоих одержала «Единая Россия». Колядин, отвечающий в правительстве Магаданской области за внутреннюю политику, объясняет, что «все работали в единой команде, добиться чего было непросто, потому что в парламенте несколько человек из списка «Форбса», которые обладают такими экономическими и властными ресурсами и внутренним самоуважением, что ходить строевым шагом не хотят».

— А результат выборов не смущает своей однопартийностью?

— Выигрыш «Единой России» на данный момент позволяет развиваться территории, вкладывать в различные проекты, ведь Кремль не может сказать: «Сначала разберитесь со своими элитами». Люди и элиты понимают это, по сути цементируя данную политическую систему, — отвечает Колядин и говорит, что если бы элиты вышли из кампании, то в Магадане «был бы треш на уровне Хабаровска».

На выборах в областную думу ЕР получила 15 мест, а КПРФ проиграла «Справедливой России» и ЛДПР, даже несмотря на то, что перед выборами главу городского отделения либерал-демократов взяли в Москве с наркотиками. «Они же сделали голосование на пеньках и на дубках, чтобы оппозиции не пройти. Тут шло два клана — городской и областной. Город под себя подмял мэр, а губернатор — область», — говорит первый секретарь обкома Ищенко. По его словам, ему предлагали из администрации «договорняк», но он отказался.

Договорняк, действительно, предлагали. С неожиданной откровенностью об этом рассказывает Колядин: «Мы изначально предлагали КПРФ войти в общий пул и работать совместно. С остальными мы договорились и конструктивно работали, грязью друг друга не поливали, а КПРФ — единственная партия, которая сказала, что будет действовать самостоятельно и заберет минимум 24 места в областной и городской думе. Я сказал: «Welcome! Пожалуйста, действуйте, я не против». Колядин предполагал, что несколько коммунистов по одномандатным округам все-таки должны пройти, но в итоге проиграли все.

Кандидат № 4. Дмитрий Журов

Перед выборами президента 2018 года в Магадане создали народный штаб Алексея Навального, в волонтеры записалось около 400 человек. Активисты, среди которых был и Журов, устраивали акции, агитировали людей, но потом решили распустить штаб, чтобы не собирать с людей денег на аренду офиса после отказа Навальному в регистрации.

Было и давление: начальника штаба Павла Конькова с работы выдавили, а у братьев Дмитрия и Владимира Пушковых, которые помогли с оплатой офиса, отняли их лесопилку. «Их полностью разорили! Самое ужасное, что, когда ничего не удалось доказать, они побежали возвращать арестованное имущество, а все уже украли», — рассказывает пенсионерка Крюкова.

Тогда же штаб Навального организовывал митинги за возврат прямых выборов мэра Магадана. «Мы провели три митинга, на которых на пике было, наверное, человек 100. Гришан, хоть и сам высказывался за прямые выборы, очень обиделся, и когда в какой-то из групп в WhatsApp его оскорбили, то возбудили дело и начали ходить по домам участников «маски-шоу» и изымать телефоны у людей», — рассказывает Журов.

В итоге Коньков уехал в Калининград, а Журов остался в Магадане.

— Почему вы не уехали?

— Мне нравится в Магадане, нравится природа, климат, я не люблю жару. У меня есть работа и квартира, я более-менее нормально зарабатываю сисадмином в школе. Я стараюсь что-то делать, чтобы в городе была настоящая политика.

Так, этим летом он баллотировался в депутаты городской думы от КПРФ. «Я обошел тысячу с лишним человек (округ 3500), за меня проголосовали где-то 400 человек, а за единоросса — 600. У людей полное отторжение политики, они ни во что не верят и не хотят участвовать ни в выборах, ни даже в обсуждении», — рассказывает он с грустью. По словам Журова, задача была изначально невыполнимой, тем более что «умное голосование» в Магадане роли не играет из-за того, что люди здесь еще не привыкли к интернету: «До недавнего времени за мегабайт надо было платить 4 рубля, а оптику только в 2016 году провели».

Оппозиционер жалуется на нарушения: «У меня переписали протокол, но всем пофиг. Они пытались их вывести из КОИБа в течение пяти часов, но у них не сходились бюллетени по досрочке. Есть видео, как люди возвращаются в семь утра на участок и делают новый протокол. Мой участок в ГАС «Выборы» попал только 15-го числа, так что выиграть было невозможно».

А вот синдрому отложенной жизни Журов не подвержен: «Весь город живет тем, что вот-вот уедет, а я понимаю, что лучше сейчас делать нормально, чем ждать другой жизни». При этом в Магадане его почти ничего не радует, даже парк «Маяк»: «Нам обещают какие-то перспективы, что мы будем развиваться, но ничего не делается, и надежда на Носова очень быстро иссякла. Много обещаний, начатых строек, но конкретных изменений нет. «Маяк» прикольный, но его нельзя было не построить, чтобы не возвращать в бюджет деньги. На качество жизни парк не влияет — дома все равно разваливаются, а денег не хватает до зарплаты».

В прошлом году ФОМ насчитал в Магадане самый низкий рейтинг доверия Владимиру Путину. Журов уверен: причина в том, что колымчане считают себя «кинутыми». «Может, это фантомная боль со времен Советского Союза, но мы считаем, что нам нужны особенные условия. В каком-нибудь Ростове люди себя особенными не считают, а нам все должны — отсюда обида на федеральную власть и низкий рейтинг, — говорит Журов. —

Все налоги уходят в Москву. Нам сообщают только, что мы добываем все больше золота, но люди от этого ничего не имеют. Если бы тут хотя бы что-то оставалось, то регион бы развивался, а пока все выкачивается».

— А почему в мэры не пошли? — интересуюсь я.

— Была такая идея, но я крайне измотан выборами, да и какой толк перед комиссией, состоящей из единороссов и людей губернатора, бисер метать? Это даже люди не увидят.

Кадровый голод и ГУЛАГ

«Когда мы приехали [с Носовым в Магаданскую область], был День строителя, но поздравить было некого, строителей нет, — рассказывает Колядин. — Если за последние 30 лет в Московской области было построено 1700 квадратных метров на каждого жителя, то у нас — 0,32 сантиметра. Поэтому социальная группа строителей сейчас только возрождается».

На нехватку кадров в Магадане жалуются все. Проблема не только в отсутствии специалистов, но и в том, что

частным компаниям выгоднее привозить на Колыму гастарбайтеров, которым не надо платить «северные».

Коммунист Ищенко предлагает решение проблемы: «Нужно обложить налогом те предприятия, которые везут сюда гастарбайтеров, а эти деньги мы пустим на образование и подготовку местной молодежи тем специальностям, которых не хватает».

Не хватает в области и врачей. «Специалисты, особенно узкой практики, без восторгов едут на территорию, где 4 тысячи человек, температура зимой минус 60, где все дорого и не слишком хорошее жилье. Но несколько врачей в год приезжают. Есть и плюс в том, что не было жесткой реструктуризации системы, как в Москве, потому что там, где по нормативам нужна одна скорая помощь, от поселка до поселка восемь часов езды, поэтому систему больниц сохранили. Мы стараемся реставрировать их, потому что некоторые были в страшном состоянии», — рассказывает Колядин.

Те люди, которые в Магадане остались и пытаются что-то делать, утыкаются в стену, говорит Журов. «Для туризма отдельные люди делают больше, чем все министерство туризма. Здесь восхитительная природа, рыбалка, но для развития этого ничего не делается, хотя это могла бы быть неплохая статья доходов», — говорит оппозиционер.

По словам Радченко, туристов на Колыму приезжает около 2 тысяч в год (во много раз меньше, чем на Камчатку). «Тут нет вулканов и горячих источников, но есть природа, медведи и золото. А вот инфраструктуры никакой нет, в поселках приходится снимать квартиры, но каждый раз это приключение. В общем, все грустно», — говорит гид.

— А кто вообще сюда едет?

— Люди, которые везде уже были и смотрят, куда еще флаг не воткнули. Самая известная туристическая Мекка у нас — это озеро Джека Лондона, но туда нет дороги. «Урал» едет туда 50 километров за восемь часов, и это еще то испытание (добраться можно и за несколько сот тысяч рублей на самолете. — Прим. «Новой»), — отвечает Радченко.

Музейный работник Ковалев признается, что после фильма Дудя «Колыма» его просто завалили сообщениями. Именно история ГУЛАГа могла бы стать главной точкой притяжения на Колыме.

«Если бы тут была Америка, то здесь уже давно бы стояли отели-лагеря.

Сюда поедут, потому что это единственное место мира, где все это было в таком масштабе, но наше государство этой темы стесняется», — говорит местный предприниматель Денис Розенко.

Ковалев рассказывает, что музей подал заявку на президентский грант и в случае победы хочет сделать интерактивную карту всех мест, «где что-то происходило». По его словам, только два лагеря в Магаданской области сохранились в относительно хорошем состоянии, но доехать туда стоит очень дорого. «Из местных это интересно единицам, а молодые настолько наелись шутками про край зеков и тюрем, что и слышать про ГУЛАГ ничего не хотят», — констатирует Ковалев.

Кандидат № 5. Денис Розенко

Кроме парка «Маяк» и губернатора Носова позитивные изменения в Магадане олицетворяет собой предприниматель Денис Розенко. Его рыбный ресторан «Аляска» в центре города, пожалуй, самое модное заведение Магадана. Несмотря на близость моря, здесь не слишком дешево: котлета из трубача стоит 1340 рублей, а стейк из палтуса — 810 рублей.

Розенко объясняет, что рыба не может стоить супердешево, потому что в Магадане все дорого. «В нашем крабовом супе (600 рублей) краба столько, сколько вы ни в одном заведении в Москве, да и в мире, не увидите. Нормальная накрутка ресторанная — 300–400 процентов, а там дай бог 100%. Цены у нас околомосковские, для Магадана невысокие», — объясняет предприниматель, и в его кафе, действительно, ходят многие. Цены — больной вопрос для Магадана: те же помидоры стоят здесь летом 600 рублей, а зимой — 800.

— Вы же в 2015 году подавали документы на мэра города? А сейчас?

— Неинтересно уже — игра в одни ворота. Я в депутаты пробовал в этом году, но там хотя бы люди голосуют, — отвечает Розенко. В 2020 году он пробовал стать депутатом от Партии добрых дел, собрал подписи, но его не зарегистрировали.

— Откуда желание стать депутатом?

— Хочется что-то сделать для города, хотя я и так делаю, и, наверное, больше, чем многие депутаты, — смеется Розенко. Он только что вернулся из отпуска в Турции и выглядит в свитере Carhartt как житель Калифорнии.

— Что именно?

— Всякие прикольные шутки. Да просто живу тут, деньги вкладываю, а не бегу отсюда. Здесь так не принято.

Начинал Розенко с создания рыбного завода «Чиги-Чинах»: «Тогда же я попробовал в Гордуму баллотироваться, прошел по квартирам и набрал 25 процентов». Рыбный завод, по словам Розенко, сейчас переживает не лучшие времена, но он думает открыть такой же в Москве. «Когда мы начали копченую рыбу делать, я ходил по местным ресторанам и предлагал им свое произведение искусства, чтобы в магазины не отдавать, а мне отвечали: «Ой, рыба в Магадане? Кому она нужна». И с живым крабом меня все посылали, хотя его у меня московский La Marée брал. Я объяснял, что это будет фишка, а они говорили, что у них тут ресторан, — Розенко оборачивается и показывает на аквариум с живыми крабами, стоящий в главном зале «Аляски». — Теперь это самая популярная в Магадане история — взять живого краба, который стоит почти как на рынке — 40 долларов».

Сейчас бизнесмен строит в Магадане «Новую Скандинавию» — гостинично-ресторанный комплекс прямо на набережной, рядом с парком «Маяк». «Полтора года назад там все было загажено гаражами, остовами машин, горами мусора, хотя это самое топовое место в моем представлении», — рассказывает Розенко. При поддержке Носова ему выделили землю, и уже в 2020 году бизнесмен планирует открыть там первый объект — кофейню.

— Я долго пытался договориться, потому что никто не хочет брать на себя ответственность, даже если проект интересный. Повезло, что губернатору понравилась «Аляска» и все, что мы делаем. Это будет визитная карточка города — мы пригласили сделать проект норвежских архитекторов. Мне, правда, пришлось создать свою строительную организацию, потому что местные строители хотят много денег и ничего не делать, тут тотальная халатность на всех уровнях», — жалуется Розенко.

— А почему вы это здесь делаете?

— Мне в Магадане очень комфортно, мне нравится, какие возможности мне дал этот город. Я понимаю, что это невероятный случай, что у меня все так сложилось, и есть глобальные проблемы, которые должно решать государство, чтобы народ не уезжал.

По его мнению, руководство края «планирует с размахом», а лучше «решать вопросы на земле». «Они взялись какой-то невероятный пирс построить, чтобы сюда круизные лайнеры приходили, а надо сделать понтон для лодок, потому что мы живем на море, а причаливать рыбакам некуда. Это же просто за гранью», — говорит бизнесмен. По его словам, на Колыме все держится только за счет отдельных личностей, которые тут, впрочем, есть почти в любой сфере.

У Розенко есть свой рецепт решения проблем Колымы: «Дать всем зарплату от 100 тысяч рублей,

и когда у каждого будет такая зарплата, никто не будет думать о том, как ему купить еды и заплатить за ЖКХ». Губернатора бизнесмен хвалит, мэра не ругает, а основные претензии у него к Москве: «Федерация у нас липовая, почему мы вообще должны зависеть от Москвы? Мы должны сами решения принимать, ведь когда Москва просыпается, мы уже рабочий день заканчиваем».

Будущее

«Население области и города уменьшается постоянно. Трасса вымирает, закрывают поселки, все съезжаются в Магадан, а отсюда «на материк». В конечном итоге все схлопнется до одного Магадана, который тоже опустеет и останется вахтовым городом», — рисует печальную для Колымы перспективу оппозиционер Журов.

Это достаточно распространенное в Магадане мнение. «Если смотреть трезво, то после исчезновения плановой экономики, освоение Севера больше не требует такого многочисленного населения, которое мучается, болеет и умирает в 60 лет из-за неблагоприятных условий.

Оборонительной функции у Магадана теперь нет, и по-хорошему здесь нужно оставить 10–15 тысяч населения», —

вторит Журову Радченко. Он уверен, что так Москва и планирует сделать, но в открытую сказать об этом не может, потому что «это противоречит президентским посланиям об освоении Дальнего Востока».

С этим сценарием будущего не спорит даже вице-губернатор Колядин. «Здесь не надо делать Москву, здесь, наверное, должен быть населенный пункт, куда люди могут приезжать и жить некоторые время. Хотя те, кому нравится рыбалка, охота и красивая суровая природа, могут тут оставаться. Тут ведь, если закинешь удочку и в течение минуты не вынешь 5 килограмм рыбы на пустом крючке, рыбалка считается плохой. Но это не значит, что здесь должна быть плохая инфраструктура», — говорит Колядин. Он надеется, что со временем на Колыму зайдут сетевые российские торговые компании, что решит проблему с дороговизной продуктов.

В КПРФ по традиции предлагают в первую очередь развивать промышленность. С коммунистами согласен и Радченко, который рассказывает мне свою версию истории Колымы. «Дальстрой» добывал золото варварско-хищническим способом, был принцип «чем больше, тем лучше» и о завтрашнем дне не думали. Скоро самородное золото кончилось, и такого изобилия, как в 40–50-х годах, уже не было, — говорит Радченко. — Позже был разработан генплан развития Колымы, по которому решили добывать мелкодисперсное рудное золото, начали строить обогатительные фабрики, которые должны были вывести СССР на первое место по добыче золота в мире. Но наступили 90-е, проект «Колыма» был выполнен лишь на 60% и остался чемоданом без ручки».

По мнению Радченко, сейчас надо либо сокращать население, либо придерживаться генплана СССР и вкладывать сюда деньги. Гид мечтает, чтобы на Колыме появился свой Роман Абрамович, который в свое время спас Чукотку. «Там же полный коллапс случился, люди просто товар на товар меняли, но Абрамович заставил местные предприятия зарегистрироваться в области и за 10 лет вывел ее в самодостаточные регионы», — с восхищением в голосе рассказывает Радченко.

На словах новое руководство Колымы хоть и не Абрамович, но строит большие и долгосрочные планы. «Шеф договорился, чтобы сюда вели железнодорожную ветку, но это будет не раньше чем через 35 лет. Мы не говорим, что построим космодром и сюда будут летать корабли с Марса, но какие-то вещи попытаемся воплотить в реальность», — говорит Колядин.

P.S.

Пока что единственным, кто объявил о своем желании занять пост мэра Магадана, стал Александр Шарабаев, который руководит филиалами «Ритуала» в Томске, Кузбассе и Новосибирске. И это о многом говорит.

03.11.2020

Материалы по теме