Обнуление экологии. Как москвичи борются с Юго-Восточной хордой, из-за которой раскопали радиоактивный могильник

4167
0
41670
Источник: The Insider

Местные жители и активисты, несмотря на карантин, продолжают бороться против строительства Юго-Восточной хорды (ЮВХ) на месте радиоактивного могильника. Периодически вспыхивают столкновения с полицией, заканчивающиеся массовыми задержаниями. Участники противостояния рассказали The Insider, как власти подделывают документы, скрывают информацию о радиации и игнорируют предупреждения экологов.

«Доза гамма-излучения в документах внезапно снизилась в 10 раз»

28-километровая Юго-Восточная хорда, согласно проекту, объединит 22 района, где проживает 2,5 млн человек. Хорда пересечет Рязанский и Волгоградский проспекты, Каширское шоссе, Липецкую улицу, Варшавское шоссе, пройдет через 35-й км МКАД и выйдет на магистраль Солнцево-Бутово-Варшавское шоссе.

В апреле 2019 года эксперты предприятия «Радон», входящего в группу компаний «Росатом», и МЧС по просьбе муниципальных депутатов и местных жителей провели инспекцию склона, через который запланировано строительство Юго-Восточной хорды. Специалисты зафиксировали очаги радиоактивного излучения, в том числе на участке, расположенном рядом с Московским заводом полиметаллов. На этом участке дозиметры показали превышение «эквивалентной мощности дозы гамма-излучения» в несколько десятков раз (61,4 мкЗв/ч при допустимых 0,3 мкЗв/ч). Соответствующий протокол обследования был передан активистам.

«Первый выход мы сделали самостоятельно, а на второй приглашали сотрудников «Радона». Они приехали вместе с МЧС, провели замеры и после этого выдали нам акт. Это тот самый акт от 30 апреля 2019 года, в котором указан уровень 61,4 мкЗв/ч, что соответствует 6000 микрорентген. Это достаточно серьезные значения. Речь идет о склоне, обращенном к реке. На склоне, который обращен к железной дороге, значения чуть поменьше, потому что там нет больших углублений», — рассказал The Insider депутат Мосгордумы Павел Тарасов.

Этот же акт «Радон» отправил межфракционной экспертной группе Мосгордумы 18 марта 2020 года. Только в зафиксированных данных уже известного документа обнаружились явные нестыковки. Доза гамма-излучения из выявленных ранее 61,4 мкЗв/ч превратилась в не столь критичные 6,14 мкЗв/ч. Представитель «Радона» Александр Пташкин, начальник ЦРЭМ и РК, согласился ответить на вопросы The Insider о несоответствии, но больше на связь не вышел.

По словам активистов, «Радон» прибегает к любым средствам, чтобы легализовать строительство, в том числе незаконным. Год назад сотрудники предприятия на вопрос, насколько вредны для здоровья человека найденные очаги загрязнения, ответили весьма уклончиво, ограничившись сообщением о ежегодном радиационном мониторинге склона. «7 февраля 2019-го гендиректор „Радона“ сказал, что повесит прибор, который будет показывать реальный радиационный фон. Они думали, что он будет показывать, что все в пределах нормы, а он начал показывать повышение фона», — рассказала The Insider активистка Екатерина Максимова. После апрельского рейда «Радон» объявил, что скачки радиации на склоне связаны с неисправностью датчика.

Сотрудники предприятия постоянно перевешивали табло с показателями дальше от активистов, утверждая, что пытаются исправить прибор. Но он не переставал показывать значительные превышения допустимого уровня радиации. Тогда «Радон» обвинил активистов в порче оборудования стоимостью 1 млн рублей. Дома у активиста Александра Колотова 5 марта провели обыск. По его словам, ордер сотрудники правоохранительных органов не предъявили. В материалах дела Колотов значится как свидетель. «Все это дело можно считать откровенно высосанной из пальца историей, степень правдоподобности которой близка к нулю для тех, кто проходил в школе физику», — заявил The Insider депутат Павел Тарасов в разговоре.

Как рассказал физик-ядерщик, эксперт программы «Безопасность радиоактивных отходов» Андрей Ожаровский, датчик «Радона» зашкаливал несколько раз в сутки, а гендиректор ФГУП лично присутствовал при фиксировании показаний.

«Мы наблюдали это вместе с Лужецким. Он там был и видел, что никто датчик не подкручивает, что это настоящие измерения. Датчик показывал мощность дозы гамма-излучения свыше 18 мкЗв/ч, и это очень много. Объяснений этому четких и ясных нам не дали, „радоновцы“ пытались мухлевать, начали заменять сам этот детектор, потом они его перепрограммировали, чтобы мы не видели этих вспышек, и теперь он вообще ничего не показывает. Это их какие-то игры. То, что это не просто сбой оборудования и не поломка датчика, как утверждает „Радон“, подтверждают наши данные. Алексей Озеров, член экспертной группы, установил свои датчики, работа которых основана на другом физическом принципе.

И мы смогли увидеть, что в те же моменты, когда зашкаливал датчик официальный, наши датчики тоже фиксировали всплеск. Мы можем утверждать, что и „радоновский“, и наш датчик отражали объективную реальность. Записи эти есть, и то, что „Радон“ пытается как-то сейчас говорить, что этого не было, странно. Я не знаю, зачем они обманывают. На месте „Радона“ я бы поставил там десяток датчиков.

Потом прямо на глазах у активистов, когда еще не был ликвидирован пост нашего общественного наблюдения, они отсоединили детектор от системы, система продолжала показывать успокоительные цифры — 0,02–0,08 мкЗв/ч, которые датчик и сейчас показывает, что дает нам повод подозревать „Радон“ в фальсификации сведений. Не бывает так, чтобы с отрезанным детектором система что-то показывала. Она выдает цифры, которые напрямую ни с чем не связаны», — рассказывает Ожаровский.

По словам Ожаровского, ни у активистов, ни у членов экспертной группы Мосгордумы до сих пор нет внятного объяснения от представителей «Радона»: «Там была целая система манипуляций. На первой встрече экспертной группы нам прямым текстом сказали: „Да, мы знаем, что продукты распада газа радон выпадали даже на платформу „Москворечье“, что в 50 метрах от могильника“. Меня сильно удивило, что сотрудники „Радона“ об этом знали, но нигде никаких публикаций и объяснений не давали. Люди, стоящие и ожидающие поезд, могут вдохнуть все это.  Потом они пытались это заявление дезавуировать, видимо, сотрудник случайно проговорился. Но лично для меня неудивительно, что на огромной свалке радиоактивных отходов время от времени повышается фон. Я считаю, что это может быть связано с выходом радона — такая ирония, что именно в честь него названо росатомовское предприятие. Это благородный газ, который просачивается через поры, выходя из залежей радиоактивных отходов, и уже продукты его распада — висмут, свинец, и другие — могут осаждаться, например, на пылинках, на снежинках».

Собянин не спасет

В январе 2020 года существование проблемы признал Сергей Собянин, написав на своем сайте, что рекультивацией места строительства хорды будет заниматься мэрия. «Заявление мэра стало большим шагом вперед. Мэрия признала проблему, которую долгое время отрицала. Еще летом, и даже осенью, представители Департамента били себя пяткой в грудь и кричали, что в том месте, где пройдет хорда, все абсолютно чисто. Подвижки были, но, к сожалению, эта бюрократическая машина крайне тяжело и медленно поворачивается, и без сверхъестественных усилий ее очень сложно повернуть с того курса, который она себе выбрала», — рассказывает депутат Тарасов.

В итоге заявление Собянина на ситуацию никак не повлияло. У московских властей все равно осталось положительное заключение проектной документации, разрешающее строительство участка Юго-Восточной хорды на этой территории. «Вербальное заявление и конкретные распорядительные документы по предметным вопросам — разные вещи. Строители заинтересованы в получении крупного финансирования на строительство хорды, а полноценное врезание в вопрос радиоактивного загрязнения может если не поставить крест, то, как минимум, существенно это отложить и привести к перераспределению финансовых средств. Есть подозрение, что это существенным образом влияет на мотивацию целого ряда должностных лиц», — отметил Тарасов.

По словам Ожаровского, Greenpeace России подал в суд требование признать недействительным заключение московской экспертизы, в котором сказано, что хорду на этом месте строить можно. «Опасность строительства на данном участке заключается в том, что при строительных работах загрязнённый грунт окажется на поверхности, и радиоактивная пыль будет разнесена на значительные расстояния», — говорится в заявлении представителей Greenpeace.

В феврале 2020 года «Радон» стал подрядчиком по вывозу отходов из радиоактивного могильника, выиграв конкурс, в котором он был единственным участником. Предприятию, по условиям конкурса, необходимо было собрать, упаковать в специальные контейнеры и отвезти к месту захоронения 10 кубометров радиоактивных отходов и 450 кубометров зараженного грунта. При этом общий объем зараженной территории — более 60 тысяч кубометров, что было подтверждено в официальном докладе Роспотребнадзора «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения в РФ» еще в 2017 году.

По мнению физика-ядерщика Андрея Ожаровского, прежде чем дезактивировать эту территорию, нужно утвердить проект обращения с радиоактивными отходами, в рамках которого и будет приниматься решение о том, как это сделать — вывезти их все или же применить консервацию на месте. Подобный проект должен пройти обязательную государственно-экологическую экспертизу, а именно этого «Радон» боится и пытается избежать, потому что это длительная процедура, и она не позволит начать строительство моста на следующей неделе, как планируют представители предприятия.

Однако, вопреки официальным данным об объеме зараженной территории, 20 марта генеральный директор ФГУП «Радон» Алексей Лужецкий заявил, что в зоне строительства Юго-Восточной хорды объем радиоактивного грунта составит около одного кубометра, который они намерены вывезти, и строительные работы начнутся только после полной рекультивации площадки.

«Есть разные категории загрязнения грунта радионуклидами. Они имеют в виду то, что формально относится к РАО, то есть имеет удельную активность более 10 Бк/г. Я не уверен, что с этой оценкой можно согласиться, потому что на территории достаточно большие значения мощности дозы. Не думаю, что это потом совпадет с оценкой „Радона“, которую они озвучивают», — отмечает депутат Тарасов. По его словам, «радоновцы» сделали замеры на глубину метра и решили, что ниже уровень гамма-излучения будет меньше, а значит, в самой глубине радиоактивности уже наблюдаться не будет.

«„Радон“ допускает несколько вариантов расположения загрязнения, но по непонятным причинам категорически отказывается делать нормальную сетку измерений, еще больше сопротивляется ее обсуждению с активистами и даже членами экспертной группы, а уж говорить про то, чтобы был контроль над ситуацией, категорически отказывается. Их задача — легализовать строительство, а не заняться решением существующей проблемы», — заключил Тарасов.


Задача «Радона» — легализовать строительство, а не решить проблему


Аналогичного мнения придерживается и Алексей Ожаровский: «Все это [легализация строительства] объясняет их странное поведение. И то, что они сейчас хотят как-то обнулить показания своего прибора, и то, что они пытаются до максимума снизить количество радиоактивных отходов, которые подлежат вывозу, и заявляют лишь об одном кубометре вместо 450, и их попытка подлога \ в 10 раз заниженные цифры мощности дозы гамма-излучения в уже подписанном протоколе. „Радон“ технически формировал этот протокол, а сейчас они одну цифру поменяли, и это уголовно наказуемое преступление — сокрытие информации и подделка документов <ст. 327 УК РФ — The Insider>».

Неоднозначная ситуация складывается и вокруг самой территории, которая отдана в распоряжение «Радону». По словам Тарасова, «на 90% это территория земельного участка «Московского завода полиметаллов», который принадлежит госкорпорации «Росатом» и, собственно, является «автором» радиоактивного могильника. Именно МЗП в 50–60 годы складировал отходы урановых и ториевых руд на крутом берегу Москвы-реки. На расстоянии длиной в полкилометра все опасные отходы засыпали глиной. Тогда с территории завода вывезли 425 кубометров радиоактивных отходов, и на протяжении долгого времени вопрос о полнейшей ликвидации могильника не поднимался, пока городские власти не решили развернуть там строительство магистрали.

«Так вот, земельный участок, принадлежащий РФ, по какой-то причине в безвозмездное пользование „Радону“ передан распоряжением ДГИ, а не распоряжением Росимущества. По какой причине это произошло — понять абсолютно невозможно. Я не понимаю, каким образом Департамент городского имущества распоряжается имуществом федеральным. Как только мы задали эти вопросы „радоновцам“, они погрустнели и от нас убежали», — рассказал Тарасов.

Как сообщила The Insider активистка Екатерина Максимова, Лужецкий «просто смеется либо над нами, либо над собой». «Они хотят вывезти кубометр, а что с остальным делать — непонятно. Склон, по которому пойдет хорда, всегда считался относительно чистым, потому что был прикрыт слоем земли. Активисты нашли радиацию, которую „Радон“ найти не мог. „Радоновцы“ начали какие-то лунки рыть, видимо, чтобы измерять радиацию, и радиоактивный грунт, который они изымали, они просто разбрасывали вокруг. Сейчас ужасно фонит весь склон. То, что было очень чистое, — сейчас очень грязное», — подчеркивает Максимова.

„Людей выхватывали из толпы, применяя удушающие приемы“

Обострение конфликта между активистами и силовиками началось 17 марта, когда прибывшая к месту строительства полиция пыталась эвакуировать принадлежащую активистам «Газель», в которой на протяжении всего времени находился мобильный штаб протестующих. По словам Максимовой, собравшиеся встали на эвакуатор — автомобиль все же удалось «отбить этими действиями и массовостью». «Газель» якобы хотели забрать в качестве вещдока по уголовному делу о порче датчика «Радона», но когда это не удалось, силовики согласились обыскать машину на месте и ничего подозрительного в ней не обнаружили.

На следующий день, по словам депутата Тарасова, «были истории с прорубанием в заборе ворот для съезда на склон». «К нам приехал второй оперполк, выставили автозаки рядом с Каширкой — штук десять, наверное, разных видов и размеров.

Людей заблокировали в „Соболе“, сказали, что подходить к ним никому не разрешается, они сидели там часов шесть. За это время силовики поднялись на радиоактивный склон, снесли часть забора, установленного на нем, и начали ставить себе ворота, чтобы был заезд. Когда мы туда поднялись, то увидели, что никакого периметрического контроля нет. Дезактивация, которую нам обещали, тоже не проводится, а радиоактивный склон копает экскаватор», — рассказывает Екатерина Максимова.

По ее словам, на рабочих не было никакой защиты от радиоактивной пыли. Активистам не позволили подойти близко, чтобы те смогли дозиметром измерить уровень радиации выкопанного грунта. Со стороны активистов ни одного эксперта не допустили. «Никакого слова они не сдержали, и все, что было обещано, не сделали», — подчеркнула Максимова.

На третий день рабочие начали обносить территорию забором, документов у них не оказалось. «Люди перестали пускать технику, полиция начала всех расталкивать, одной девушке серьезно повредили руку, ее отвезли в травмпункт. Она до сих пор ходит на перевязки — повреждение серьезное, не просто порез. И вот здесь началось: они все больше и больше пригоняли полиции, оттесняли нас от забора, начались довольно серьезные столкновения. Приехали два депутата Мосгордумы, они их тоже отпихивали», — рассказала Максимова.

К вечеру обещанные документы на строительство так и не появились. Жители встали «живым щитом», начались столкновения. „Полиция вырывала людей буквально из нашей сцепки. Мужчин выносили буквально, очень агрессивно. Распыляли перцовые баллончики, двум попали в лицо. Один с силовиком весело разговаривал, а тот достал свое спецсредство и просто прыснул ему в лицо. Когда всех выпустили с закрытой территории, ее оцепили, и началось вокруг этой территории что-то, очень напоминающее летние московские протесты. Начались агрессивные задержания поодиночке. С закрытой территории забрали двадцать человек в автозак, он уехал, потом еще два автозака набили людьми, которых выхватывали из толпы, применяя удушающие приемы», — рассказывает активистка.

При этом силовики свои действия объяснить отказались и задерживали даже тех, кто просто проходил мимо. «У меня на глазах задержали мужчину, который просто подошел узнать, что происходит. Он вступил в разговор с полицейским и сказал им: «Я считаю, что вы не правы». Его просто взяли под руки и увели», — сообщает Максимова. По ее словам, задержанных доставили в разные ОВД. Тех, кого доставили в ОВД «Москворечье-Сабурово», обвинили в неповиновении полиции, остальных — в нарушении порядка организации митинга.


Полиция задерживала даже тех, кто просто проходил мимо


Среди собравшихся было много пожилых людей, именно поэтому силовикам удалось так быстро со всеми справиться. «Все они — наши соседи, живут в районе Москворечье-Сабурово. И вот, когда территорию оцепили, произошла весьма трогательная сцена: все собравшиеся бабушки и дедушки начали петь песни военных лет и не пропускали внуков, детей, членов семьи, которые хотели к ним попасть», — рассказала Максимова. Когда начались жесткие разгоны, пожилым тоже досталось. «Эмоционально страшно было, потому что я не очень была готова к такому сценарию. Даже не знаю, как пожилые люди вынесли такое жестокое обращение», — добавила активистка. При этом люди вокруг помогали активистам: приносили теплые вещи, продукты, грелки для ног, пауэрбанки, сухпайки, воду.

Все это время силовики отгораживали нижнюю площадку, хотя, по словам депутата Тарасова, под работы “Радону» предоставлена только верхняя площадка с заездом через «Московский завод полиметаллов». Расчистку этой площадки они вели именно под строительство, а не под дезактивацию, уверен депутат. «Это при том, что мэр города пообещал, что будет произведена расчистка до того, как будут проводиться строительные работы. Было публичное заявление», — добавляет Тарасов. По его словам, возведение забора также было незаконным.

Активисты и члены экспертной группы и дальше намерены бороться. «Будем проводить и массовые мероприятия, и официальными письмами органы власти забрасывать. Большинство собравшихся настаивает, что нужно уже выходить выше уровня мэрии и писать президенту с требованием вмешаться в эту неадекватную обстановку в столице вокруг этого вопроса», — отмечает Тарасов.

«Во-первых, информировать людей, во-вторых, будем добиваться общественного контроля и исполнения многочисленных обещаний, данных нам. Это должен быть прозрачный процесс, полностью открытый. Это касается тех жителей, которые здесь находятся. Люди должны понимать, что происходит. Напряжение здесь очень большое, люди просто боятся. Вчера люди плакали, разных возрастов. Всем очень страшно», — добавила Максимова.

В департаменте строительства заявили, что магистраль начнут строить в середине или в конце мая, когда закончатся работы по рекультивации склона. То, что происходило у платформы Москворечье в последнее время, там назвали «подготовительными работами по ограждению зоны будущего строительства и установке санитарно-пропускных пунктов».

02.04.2020

Материалы по теме

Обнуление экологии. Как москвичи борются с Юго-Восточной хордой, из-за которой раскопали радиоактивный могильник