Почему нельзя критиковать «Транснефть»

4905
0
49050

Во вторник Девятый арбитражный апелляционный суд города Москва рассмотрел апелляционную жалобу «Независимой газеты» и автора статьи в «НГ» Олега Бондарко на решение ноябрьского арбитражного суда по иску к газете и ее автору. Суд оставил решение Московского Арбитражного суда без изменения, а жалобу газеты и ее автора – без удовлетворения.

Напомним, в ноябре прошлого года состоялся арбитражный процесс «Транснефть» vs «Независимая газета». Он вполне предсказуемо завершился победой государственной корпорации. Поводом для иска «Транснефти», посчитавшей, что по ее репутации нанесли мощный удар, стала, небольшая статья Олега Бондаренко, который просто попытался разобраться в причинах и следствиях эпопеи с грязной нефтью. При этом автор публикации предположил (между прочим, вслед за президентом «Транснефти» Николаем Токаревым), что оставшиеся огромные объемы загрязненного сырья будут «компаундироваться» – то есть смешиваться с чистой нефтью и, вероятно, служить источником прибыли для нефтетранспортной монополии.

«Дополнительно железная дорога оказывает содействие в вывозе некондиционной нефти с территории Беларуси, потом мы ее будем компаундировать, то есть подмешивать с нормальной нефтью уже в Новороссийске и дальше ее реализовывать», – докладывал Токарев президенту в мае 2019 года.

То есть, нам пытаются доказать, что репутация Транснефти «пострадала не в результате катастрофической ситуации с трубопроводом «Дружба», который бесперебойно работал 55 лет, даже во время Пражской весны 1968 года и распада СССР в 1991 году и вдруг был фактически заблокирован на несколько месяцев». Причиной серьезных имиджевых потерь для «Транснефти» стала, оказывается, заметка «Будем компаундировать» (см. «НГ» от 20. 06. 19).

Симптоматично, что на днях поставки российской нефти на Павлодарский НПЗ приостановил Казахстан. Причина — вновь повышенное содержание хлорорганики.

«Поставщиков на этот НПЗ много, — отмечает директор Центра политической информации Алексей Мухин. — И это вновь привлекает внимание к обезличенной нефти, которая смешивается в системе «Транснефти». Неужели после скандала с загрязнением «Дружбы» нефтетранспортная монополия вновь наступает на те же грабли и, как предполагают на рынке, практика так называемого компаундирования вновь приведёт к скандалу уже на восточном направлении?».

По мнению опрошенных РАПСИ экспертов, свидетелей и участников процесса, суд «Транснефти» с «НГ» может служить свидетельством того, что компания пытается снять с себя ответственность за апрельский инцидент на нефтепроводе «Дружба». И это несмотря на заверение главы компании Николая Токарева о том, что «Транснефть» не снимает с себя ответственности, сделанное в ходе беседы с Владимиром Путиным.

«Нельзя рассматривать два этих дела – следствие о причинах загрязнения трубопровода «Дружба» и иск в отношении статьи Бондаренко – в разрыве друг от друга. Непонятно, как суд в этом случае может принимать решение в пользу «Транснефти» по иску к «Независимой газете» и Бондаренко», – отмечает юрист Олеся Петроль.

Решения как Московского арбитражного суда, так и апелляционной инстанции, по сути, посягает на свободу слова. Получается, что любое мнение, предположение или оценочное суждение о «Транснефти» может быть, совершенно неожиданно для журналиста, признано сведениями, «порочащими репутацию» компании. То есть обсуждать общественно важные проблемы, если они касаются государственной корпорации, становится опасно. Де-факто формируется правило о запрете любых рассуждений на данную тему.

Между тем, ни для кого не секрет, что удар по репутации «Транснефти» был нанесён отнюдь не публикацией Олега Бондаренко, а самим инцидентом. Начиная с апреля, когда появилась первая информация о загрязнении трубы, в СМИ вышло более семи тысяч публикаций, представляющих деятельность «Транснефти» в негативном ключе. Учитывая объем негатива, появившегося в СМИ задолго до публикации статьи Бондаренко, оценка репутационного вреда, нанесенного якобы именно публикацией в «НГ», является неприемлемой. Об этом говорят многие эксперты.

«Суждение о том, что «Транснефть» замалчивает некоторые факты, соответствует действительности, так как компания сообщала информацию о сроках восстановления трубопровода «Дружба», вводящую общественность в заблуждение и не объясняла причин произошедшего», – отмечал в свое время президент ИМЭМО РАН академик Александр Дынкин.

После ЧП на «Дружбе» ввиду недостатка официальных комментариев журналисты были вынуждены восполнять пробелы, опрашивая экспертов и сотрудников отрасли. По этим данным журналисты и все экспертное сообщество было вынуждено делать свои выводы о причинах кризиса. То есть именно отсутствие каких-либо пояснений от монополиста закономерно создало впечатление о сознательном замалчивании фактов.

Напомним, что, по мнению ответчиков, возможность сброса отходов в трубу «Дружба» без участия сотрудников «Транснефти» была весьма сомнительна. По условиям договора, опубликованного на сайте «Транснефти», компания обязуется проверять качество сдаваемой нефти и не вправе принимать некачественную нефть. В прессе также не раз высказывалось мнение о том, что какие-либо манипуляции с нефтью в нефтепроводе (врезки в нефтепровод или загрузка в нефтепровод некачественного сырья или отходов) невозможны без участия сотрудников компании. Заметим, что, как известно, в связи с апрельским инцидентом на нефтепроводе «Дружба» подозреваемыми являются четверо сотрудников «Транснефти». Таким образом, суждения «Транснефти» о том, что она не имеет отношения к загрязнению нефти, также не соответствуют действительности.

Пока нет полной ясности и с компенсацией за «грязную нефть», то есть о компенсации расходов и упущенной прибыли, образовавшихся в результате двухмесячного перерыва в поставках. По имеющимся данным, они могут составить, если производить расчет на основе рыночных цен, 60 евро за баррель нефти. Это – трехзначные миллионные суммы. Однако «Транснефть» предложила всего 15 евро за баррель.

Конечно, с прошлого заседания арбитражного суда многое изменилось. После публикации Reuters (18. 12. 19) очевидно, что Бондаренко в своих суждениях был, оказывается, даже слишком мягок по отношению к «Транснефти». «Миллионы тонн российской нефти Urals весной этого года были загрязнены отходами, содержащими четырёххлористый углерод (ЧХУ) – вещество, оборот которого государство должно было контролировать в рамках международных протоколов, показали результаты трёх тестов и информация восьми источников. Но большая часть нефти с хлорорганикой по-прежнему лежит в хранилищах и не исключено, что ещё долго будет подмешиваться к чистому сырью, распространяя токсичные примеси по миру и заставляя переработчиков оставаться настороже», – писало агентство.

«ЧХУ дешевый очень, практически бесплатно достается – его отдают на утилизацию. От жадности хватают все, а куда пристроить – потом выдумывают, чтобы заработать, – рассказал источник Reuters. – Добавление ЧХУ в значительной пропорции, например, к мазуту, делает последний негорючим. До 5% ЧХУ – мазут горит без проблем, а 20% – уже не горит».

По версии источников агентства, смесь хлорорганических отходов с ЧХУ была добавлена в мазут в избыточном количестве, что сделало невозможным его использование в качестве топлива. Такой мазут был продан по сниженной цене для компаундирования нефти, которая затем попала в систему нефтепроводов. «Каждый УПН – это серьёзный бизнес. При наличии договоренностей… туда можно сдать всё, что чёрное и хоть немного пахнет нефтепродуктами», – рассказал агентству трейдер, более 20 лет работающий на нефтяном рынке Самарской области.

21.01.2020

Материалы по теме

Почему нельзя критиковать «Транснефть»