Придумано еще Азаровым: как при помощи наркотиков Минюст улучшит жизнь заключенных

2946
0
29460
Источник: SKELET-info

Фото: unian

В европейских странах допустимый порог хранения наркотиков значительно выше, чем в Украине

Министр юстиции Денис Малюська придумал неожиданный способ сократить количество заключенных в украинских тюрьмах. По словам министра, в Украине слишком занижен порог хранения наркотиков, за которым наступает уголовная ответственность. И если этот порог немножечко повысить и довести до европейского уровня, то значит, людей в тюрьмах станет меньше, а это — и сэкономленные деньги для бюджета, да и вообще — гуманно и хорошо. Сработает ли такой лайфхак от Малюськи, разбирался

Сбыть или не сбыть

Две основных статьи Уголовного кодекса в сфере незаконного оборота наркотиков, по которым украинцы попадают в тюрьмы, — это статьи 307 и 309.

Статья 307 — это всевозможные действия с наркотиками: производство, изготовление, хранение, перевозка, пересылка, покупка с целью их дальнейшего сбыта. За все это можно получить от 4 до 12 лет тюрьмы. По этой статье, по идее, копы должны ловить драгдилеров, для которых распространение наркотиков — это бизнес.

Статья 309 — это те же самые манипуляции с наркотиками: производство, изготовление, хранение, перевозка, пересылка, покупка, но без цели сбыта. Здесь можно отделаться простым штрафом от 850 до 1700 гривен. Но можно и попасть за решетку на срок до трех лет. По этой статье полицейские отлавливают потребителей наркотиков.

Однако, если у нарушителя копы найдут наркотики в крупных или особо крупных размерах, то тут уже без вариантов, — только тюрьма на срок от 2 до 8 лет.

Сколько это — «крупные» и «особо крупные размеры» — сказано в приказе Минздрава №188. Например, для марихуаны до 5 грамм считается некрупным размером, от 500 грамм до 2,5 килограмм — это уже будет крупным размером, а все, что больше 2,5 кило — это особо крупные размеры.

Изменения именно в этот приказ и намерены инициировать в Минюсте.

«У нас эти нормы в разы, а иногда в десятки раз меньше, чем европейские. Соответственно, в Европе за хранение даже в десять раз больше, ничего не будет, а у нас — уже люди идут в тюрьму. Они наркоманы, они больны, их нужно лечить, но мы направляем их в тюрьму. На разнице между нашими и европейскими нормами мы избыточно содержим в тюрьмах тысяч 10 человек. А в тюрьмах нет инфраструктуры, чтобы нормально лечить наркозависимых», — заявил Денис Малюська.

Ровно то же самое в марте 2018 года пыталась сделать и.о. министра здравоохранения Ульяна Супрун, когда вынесла на общественное обсуждение изменения в приказ №188. Однако инициатива Супрун нарвалась на жесткую критику отдельных общественников и депутатов, которые даже собирали подписи под обращением к премьер-министру с требованием обуздать распоясавшуюся «доктор смерть». Супрун начали обвинять в «латентной легализации наркотиков», «геноциде украинцев» и еще бог весть в чем. Потому текст приказа решили не трогать от греха подальше.

Ульяна Супрун

Хотя идея повысить порог хранения наркотиков, после которого наступает уголовная ответственность, принадлежит даже не Супрун и уж тем более не Малюське. Еще в 2013 году правительство Азарова приняло «Стратегию государственной политики по наркотикам на период до 2020 года».

«Стоит разработать новые стандарты малых, крупных, особо крупных размеров наркотиков в направлении повышения их порогового количества», — значится в тексте документа.

В очередь за дозой

Действительно, в европейских странах допустимый порог хранения наркотиков, за которым наступает уголовная ответственность, значительно выше, чем в Украине. Рассмотрим на примере марихуаны: если в Украине — это до 5 грамм, то в Финляндии — это 15 грамм, в Австрии — 20 грамм, Португалии — 25 грамм, Нидерландах — 30 грамм.

Но если в Украине сделать так, как в Европе, то очередь за дозой растянется от Львова до Мариуполя, ведь украинцы сразу захотят себе купить наркотиков. Примерно так звучит один из главных аргументов противников повышения норм хранения наркотиков.

Утверждать, что после изменения приказа №188 большинство украинцев вдруг захотят стать наркоманами, конечно, некорректно, ведь ответственность — как административная, так и уголовная, никуда не девается. И даже не облегчается. Например, если малыми размерами марихуаны будут считать не 5 грамм, как сейчас, а 10 или 15 грамм, то все равно отвечать перед законом придется.

А вот тот аргумент, что «барыгам» станет легче дышать, если без риска для свободы (только для кошелька) станет можно хранить при себе больше наркотиков, с первого взгляда, выглядит разумным. Но все дело в том, что сбыт наркотиков — это стопроцентная уголовная ответственность, и неважно сколько той же конопли продает дилер: 1 грамм или 1 килограмм.

«Изменения в приказе не касаются сбыта наркотиков, — поясняет «Апострофу» представитель ОО «Украинская ассоциация медицинского каннабиса» Тарас Ратушный. — Статья 307 предусматривает наказание вне зависимости от количества. Поэтому «нормализация» порогов небольших количеств в приказе Минздрава — совершенно рациональный путь и единственно эффективный способ перенаправить ресурсы полиции на раскрытие реальных преступлений».

Реальные преступления – это, конечно же, сбыт наркотиков, то есть причина проблемы незаконного оборота.

Но статистика работы Нацполиции указывает на то, что дилерам и так неплохо «работается», без всяких увеличений норм.

Так, по данным Офиса генерального прокурора, за 2019 год за сбыт наркотиков по статье 307 (которая направлена против наркодилеров) было открыто 4155 уголовных производств, а по статье 309 (против потребителей наркотиков) — 18 тысяч 483.

Фото: Getty images

За сбыт наркотиков было открыто 4155 уголовных производств

«Чем больше нагружать систему низкоприоритетными задачами, тем меньше приоритетных производств будет доведено до приговора, — добавляет Ратушный. — Эту картину мы и наблюдаем в статистике осуждений за сбыт наркотиков (с 3363 приговоров в 2013 году до 571 приговора в 2018 году). Процент понесших наказание за сбыт наркотиков — единственный реальный показатель эффективности полиции в противодействии наркопреступности».

Но есть здесь небольшой нюанс. Все дело в том, что продажу наркотиков доказать гораздо сложнее, чем просто хранение без цели сбыта. Поэтому в суде обвинение по статье 307 часто превращается в обвинение по статье 309, чтобы дилер получил хоть какой-то срок, в случае, если продажу доказать сложно. А если без риска для свободы дилеры смогут носить при себе больше наркотиков, соответственно, и работать им будет проще.

«Со сбытом действительно бороться трудно. Обычное дело по 307 статье «съедает» минимум пачку бумаги А4, кучу времени и усилий на документацию и фиксацию улик. С новым УПК для суда теперь недостаточно самооговора под пыткой или иной формой давления, нужно две контрольные закупки. Это действительно тяжело — бороться с реальной преступностью. А типичное дело по статье 309 — это 20-30 листов А4, неопровержимое доказательство в виде нескольких грамм травы — вот же оно, приговор неизбежен, раскрываемость стабильна», — резюмировал Ратушный.

Сработают ли изменения

Впрочем, по мнению экспертов, опрошенных «Апострофом», даже если Минздрав и изменит приказ №188 в сторону увеличения порогов, то это мало что изменит в пенитенциарной системе.

«Министр юстиции заявляет о планах сократить количество осужденных, вместо того, чтобы привести условия содержания осужденных в соответствие с европейскими стандартами. Даже если он сократит количество заключенных на 10 или 20 тысяч человек, но оставит их в тех хлевах, в которых они находятся и которые непригодны для проживания, — проблема не решится, — поясняет «Апострофу» экс-начальник Государственной пенитенциарной службы Сергей Старенький. — Все эти заявления по сокращению количества людей, которые отбывают наказания, любыми способами, направлены только на то, чтобы загрузить работой и деньгами проект пробации, то есть исполнение наказаний, не связанных с лишением свободы. Там очень хорошее финансирование из стран ЕС. И министр видит для себя возможность получить грантовые деньги».

Также мало что изменится и в деле реабилитации наркозависимых.

«Нет смысла человека, который употребляет наркотики, в принципе лишать свободы, ведь они и в местах лишения свободы находят способы, как им получить наркотики. Поэтому, если у государства есть задача противодействовать незаконному обороту наркотиков, тогда таких людей нужно лечить. Увеличение или уменьшение порога коренным образом ничего не изменит в борьбе с наркопреступностью, — добавляет «Апострофу» юрист-криминалист Анна Маляр. — В Западной Европе пошли по пути, о котором в Украине и слышать не хотят: таким людям просто бесплатно дают наркотические вещества в специальных местах, например, при больницах. И зависимые люди, которые не хотят лечиться, а человека принудительно лечиться не заставишь, просто получают наркотики бесплатно. Таким образом, убивают наркорынок, с одной стороны, а с другой стороны, человеку уже не нужно совершать преступления, чтобы где-то достать наркотики, он не вымогает деньги на наркотики от родственников, или выносит все из дома, как это происходит у нас. Ну, хорошо, если наше общество еще не готово к таким шагам, то зависимых людей нужно хотя бы лечить».

ДОСЬЕ: Ульяна Супрун. Как американский министр-волонтер добивает украинскую медицину

Николай Азаров. Выживший. Часть 1

28.01.2020

Материалы по теме

Придумано еще Азаровым: как при помощи наркотиков Минюст улучшит жизнь заключенных