Вместо «отрубленных рук» – моча Порошенко

6784
0
67840
Источник: ОРД

После позорного проигрыша в первом туре Петр Порошенко заявил, что он «услышал молодежь». Надо полагать, услышал возмущение молодежи тем, что ближайшее окружение Порошенко во время войны делает кровавый бизнес на войне. Казалось бы, что Порошенко уже на следующий день потребует максимально быстро и жестко провести следствие в отношении мародеров в своем окружении. Но нет. Вместо серьезных «чисток» в военно-промышленном комплексе Украины Порошенко, похоже, решил спустить дело о хищениях на тормозах.

На фоне горячих дискуссий, связанных с предстоящими дебатами между Владимиром Зеленским и Петром Порошенко, из информационного поля практически «выпал» один из главных скандалов нынешней избирательной кампании. Речь идет о расследовании программы «Наші гроші», касающемся разворовывания государственных средств топ-чиновниками Укроборонпрома и Совета национальной безопасности и обороны (СНБО). Напомним, в коррупционной истории о хищениях в оборонном комплексе Украины оказались замешаны первый заместитель СНБО Олег Гладковский и его сын Игорь, директоры ряда оборонных заводов, а также руководители компании-«прокладки» «Оптимумспецдеталь» Андрей Рогоза и Виталий Жуков, через которую проходили государственные средства. 

Формально дело расследует Генпрокуратура. Впрочем, покамест никто в результате этого не пострадал – все фигуранты дела до сих пор остаются на свободе. Речь идет не только о семье Гладковских – с ними все ясно, Олег Гладковский (до 2014 года носил фамилию Свинарчук) входят в ближний круг соратников действующего президента. Не получили никакой меры пресечения Рогоза и Жуков. И это несмотря на то, что Генеральная прокуратура официально заявила о том, что в результате расследования было установлено, что этими лицами «при поставках запчастей и комплектующих на государственные предприятия умышленно совершены действия по занижению суммы налоговых отчислений в государственный бюджет Украины в размере 26 млн 600 тыс. грн». Но этого оказалось мало, чтобы отправить этих двух молодых «бизнесменов» в следственный изолятор. «Поскольку подозреваемыми Р. и Ж. в установленном законодательством порядке ущерб, нанесенный государственному бюджету, погашен в полном объеме до окончания досудебного расследования, с учетом требований и положений ст 176 –178 УПК Украины меры в отношении них не избирались в связи с отсутствием рисков, предусмотренных уголовным процессуальным законодательством», – резюмировали в ГПУ.

О других эпизодах – контрабанде вооружений из России, схемах со снятием различной аппаратуры с нашей же военной техники, «договорняках» с директорами военных предприятий, входящих в систему Укрооборнпрома, а также о завышенной стоимости этой самой аппаратуры при продаже обратно — в Генеральной прокуратуре почему-то не сказали ни слова.

Пока же, похоже, происходит профанация расследования. Буквально через день после первого тура выборов Петр Порошенко обратился к правительству, чтобы то организовало проверку на полиграфе для всех руководителей концерна «Укроборонпром», а также провело там аудит. Зная, как проводятся подобные проверки, легко предположить, что в результате все окажутся «белыми и пушистыми». А тем же Рогозе и Жукову, занимавшимся контрабандой запчастей из России, поди, еще и вручат по медали. За героизм и преданность родине…

А тем временем, настоящие «оружейники», те, кто производит серьезное современное вооружение – бегут из Украины, так как устали бороться с ворами-чиновниками. Вот что пишет об этом Глеб Каневский.

 

Производители военных товаров имеют большой потенциал, но его сдерживает бюрократия. Частные компании от безысходности переносят производства за рубеж.

 

Предприятия государственного концерна ”Укроборонпром” ежегодно генерируют 600-800 млн долл поступлений в Украину. Эти деньги очень важны для экономики государства. Это и новые технологии, и рабочие места. В условиях войны в Донбассе это еще и стратегический ресурс для ремонта советской техники.

 

Если Таиланд покупал современные украинские танки “Оплот” по 5 млн долл, а восстановление советской модели Т-72 стоит 200 тыс долл, то в итоге один танк за рубежом поддерживает 25 советских дома.

 

Это привлекательная арифметика, однако она неполная. Валютные поступления в Украину могут вырасти, если правительство либерализует экспорт военных товаров и для государственных, и для частных производителей.

 

Парни с бумагами

 

В 2016 году украинского зрителя в кинотеатрах порадовала голливудская комедия “Парни со стволами”. В фильме, основанном на реальных событиях, речь шла о двух приятелях, которым удалось получить многомиллионный контракт от Пентагона на поставку патронов для военных сил в Афганистане.

 

Хотя из-за жадности одного из героев история закончилась приговорами для обоих, внимание специалистов прежде всего привлекает легкость, с которой можно вести специфический оружейный бизнес в США, насколько просто можно получить информацию об оборонных контрактах правительства онлайн, в том числе за рубежом.

 

Не менее интересным является то, насколько низким является «порог вхождения» в оборонный сектор за рубежом для новой компании. Новичку в США реально собрать документы, которые позволяют побороться на тендере за международный заказ на 300 млн долл.

 

В Украине тоже возможны криминальные истории, связанные с экспортом оружия, но совсем иные. В отечественном бизнесе управляют не предприниматели, а чиновники.

 

Основным органом, который контролирует экспорт и импорт военных товаров, является Государственная служба экспортного контроля Украины — Госэкспортконтроль или ГСЭК. В теории это сервисная служба, которая должна разъяснять украинским и иностранным производителям оружия особенности отечественного законодательства.

 

В эпоху диджитализации достаточно зайти на устаревший портал службы с неполным перечнем бумажных разрешений для экспорта-импорта военных товаров, чтобы понять, насколько все сложно и, как показывает практика, дорого. Иногда цена взяток за бюрократические разрешения достигает сотен тысяч долларов.

 

Подольский суд столицы уже три года слушает дело Сергея Головатого, бывшего начальника отдела государственной экспертизы международных передач товаров двойного использования, который за право экспортировать гильзы для двигателей внутреннего сгорания требовал у частного производителя 250 тыс долл.

 

К слову, военные товары бывают разными. Есть товары только военного назначения, а есть товары двойного использования, которые можно применять в мирной жизни: строительстве, агросекторе, гражданской авиации. Упомянутая ГСЭК выдает разрешения на торговлю обеими группами товаров.

 

Правда, кроме Госэкспортконтроля, есть другие органы, от которых зависит, продаст ли что-то украинский производитель за границу. Дополнительно документы согласовывают Министерство обороны, СБУ и служба разведки.

 

В отдельных случаях разрешения рассматриваются на Межведомственной комиссии по политике военно-технического сотрудничества и экспортного контроля. Например, Служба безопасности проверяет, нет ли за предприятием сомнительного шлейфа нарушений законодательства в сфере экспортного контроля или государственной тайны.

 

Министерство обороны знакомится с перечнем и свойствами военных товаров, которые должны идти на экспорт, и подтверждает, что эти товары в настоящее время не нужны для мероприятий обороны. Сбор всех разрешений затягивается на месяцы, что порождает дополнительные возможности для взяточничества.

 

Особое место в бюрократии занимает государственный концерн “Укроборонпром”. Он выступает посредником между национальным экспортером и иностранным заказчиком в виде комиссионера, что порождает дополнительные коррупционные риски.

 

 

Именно у специальных экспортеров “Укроборонпрома” государственные и частные производители военных товаров должны заказывать услуги экспортно-импортных коммерческих операций. Также со структурами “Укроборонпрома” предприниматели вынуждены согласовывать окончательную цену товара для иностранного заказчика.

 

Такое жесткое и непрозрачное регулирование мешает отечественным предпринимателям конкурировать на международных тендерах, заставляет частных производителей переносить мощности и налоги в соседние страны Европейского Союза.

 

 

Польша: никаких взяток

 

В среде производителей оружия и товаров двойного назначения не принято откровенно говорить о проблемах из-за прямой зависимости от чиновников. Александр Носов — один из немногих, кто видит в либерализации и прозрачности экономические возможности для Украины и готов говорить об этом публично.

 

Он владелец компании “Днепр спецтехник”, которая специализируется на производстве запчастей для промышленного оборудования, дорожной специальной техники и шасси для БТР. Поставляет продукцию в страны ЕС. Частично перенес производство в Польшу именно из-за национальных бюрократически-коррупционных ограничений.

 

По его словам, он не одинок. Украинские производители специальных товаров, поняв, что изменений на рынке не будет, начали активно переводить производство в другие страны: Польшу, Чехию, Болгарию. Соседние страны имеют очевидные преимущества.

 

Например, в Польше, чтобы стать экспортером специальных и военных товаров, достаточно иметь руководителем компании поляка старше 30 лет.

 

Он должен пройти профильные курсы на знание законодательства, сдать общий экзамен в Минобороны и МВД, пройти собеседование с работником службы безопасности. После этого компания получает “концессию” — аналог украинской бессрочной лицензии на право международной торговли без каких-либо посредников.

 

Концессия выдается не на фирму, владелец которой может измениться, а на конкретного человека, который будет отвечать за возможные нарушения”, — уточняет Носов.

 

Все процессы там происходят онлайн. Ожидание лицензии длится не более десяти суток, растаможка проходит без выхода из офиса. “Сервис нацелен на то, чтобы предприниматель легко преодолевал бюрократические процедуры”, — добавляет Носов.

 

В Польше при экспортных операциях предприятие Носова платит 18% налога на прибыль (раз в год), 23% налога с дохода работников и платеж за страхование жизни работников — 350 злотых (около 2,5 тыс грн) ежемесячно за каждого работника независимо от оборота или прибыльности.

 

НДС в Польше выше, чем в Украине — 23%, но он возвращается четко и вовремя, в течение месяца.

 

По мнению предпринимателя, это дороже, чем в Украине, зато там все регламентировано, что позволяет планировать работу. Кроме того — никаких взяток.

 

В Украине чиновники хотят попасть в цеха, где есть экономика, где можно заработать. В странах Евросоюза чиновники приходят только на полигон, где проходят испытания”, — объясняет Носов.

 

На пути производителей стоят не только бюрократические препятствия.

 

Контроль “Укроборонпрома” над экспортом провоцирует реальный конфликт интересов. Светлана Зварыч, представитель инженерной группы “Арей”, частной инициативы, которая производит бронетехнику для Минобороны, рассказывает свою историю.

 

По ее словам, “Арей” может поставлять за границу технологии — танковые кондиционеры и танковые энергетические агрегаты. Однако предприниматели не представляют, как они могли бы скоординировать свои действия при экспорте с ”Укроборонпромом”.

 

Выложить на стол свои ноу-хау, чтобы они их” оценивали” и где-нибудь на Тайване запустили параллельное производство?” — риторически спрашивает Зварыч.

 

Ускорение реформ

 

Впрочем, не все так плохо: кое-что в сфере реформирования экспорта таки сделано.

 

До недавнего времени списки товаров двойного использования, на которые распространяется государственный контроль, устанавливались пятью официальными списками. В 2018 году правительство утвердило единый список по форме, действующей в ЕС. В Евросоюзе такой перечень был введен десять лет назад, в 2009 году.

 

Бывший заместитель директора “Укроборонпрома” Денис Гурак считает, что период выборов позволяет ускорить преобразования в такой деликатной сфере.

 

Давно назрела необходимость согласовать действующие правила с экономической реальностью. Прежде всего — провести либерализацию рынка с целью предоставления частным компаниям права на экспорт своей продукции. Тем более, что соответствующие законодательные инициативы уже существуют”, — заключает Гурак.

 

Глеб Каневский, StateWatch, проект “Марлин”, опубликовано в издании Экономическая правда

 

 

 

 

 

 

06.04.2019

Материалы по теме

Вместо «отрубленных рук» – моча Порошенко