Атомос деградации

3951
0
39510

Как ни казалось это нелепым и невозможным еще год тому назад, сегодня мы воочию лицезрим лавиноподобную клерикализацию украинской политики. Наши и либеральные, и националистические масс-медиа с удовольствием обсуждают, как безобразно сплелись Кремль и Московский патриархат, что это очевидный признак деградации путинского государства, ничего не способного предложить обществу кроме допотопного принципа «православие, самодержавие, народность», и при этом радуются томосу как будто это транш МВФ. Теперь грязно-бордовые бигборды практически того же содержания развешаны по городам и весям Украины, президент светского государства, как какой-нибудь римский император Маврикий или Юстиниан, председательствует на церковном соборе, а парламент, в состав которого входят и мусульмане, и иудеи, и атеисты, всерьез обсуждает, какая церковь у нас кафолическая, какая еретическая, какие названия должны давать верующие своим организациям и как распоряжаться имуществом. Накануне выборов это может означать только одно: не имея ни возможности, ни желания помочь народу материально, его начинают учить жить и подсовывают учителей жизни, на данный момент лучше всего подходящих на роль духовных попечителей режима. При этом власти в упор не видят, что трынькая на струнах души миллионов верующих и неверующих, они призывают в мир такие демонические силы, по сравнению с которыми невзгоды, обрушились на Украину в 2014г. покажутся детским лепетом.

15 декабря 2018 года в Киеве прошел первый объединительный собор теперь уже абсолютно независимой, по уверению президента Порошенко и его сторонников, Православной церкви Украины (ПЦУ). Это культурно-общественное событие, без всякого сомнения, имеет огромное значение для будущего нашей страны, причем, к сожалению, совсем не такое радужное, как кажется его устроителям и пропагандистам. Стороннему наблюдателю, не связанному конфессиональными предпочтениями, все происшедшее вообще должно немножко отдавать шизофренией. Во-первых, какая же она единая, если Украинская православная церковь Московского Патриархата в этом мероприятии принимать участие отказалась. Не будем обсуждать скользкую статистику, но в любом случае за ней стоит больше половины христиан в Украине, мнения которых никто не удосужился спросить. Во-вторых, у нас до недавнего времени было, по крайней мере, две автокефальных церкви – УАПЦ и УПЦ КП. У последней даже свой патриарх – кир Филарет (Денисенко). И до того, как Петр Порошенко ни решил баллотироваться в президенты, никого в украинском политикуме особо не волновало, в каких отношениях они пребывают с Вселенской Церковью и Священным Преданием. На все сомнения относительно их статуса было принято философски отвечать, что, мол, один Бог знает, что истинно, что ложно, и что какая разница, где освятить мерседес. И тут на тебе, вдруг оказалось, что никаких украинских православных церквей нет в помине, что у нас есть только Московский патриархат, поминающий на службах Путина, что нам срочно, не позднее 31 марта 2019г нужна своя каноническая автокефалия. О греко-католиках при этом как-то забыли, как будто они не православные и не украинские, и на объединительный собор тоже, кстати, не пригласили. Во Львове, конечно, не очень переживают по этому поводу. Однако, стоит вспомнить, что Константинопольский патриархат в свое время был изгнан из Украины совсем не русскими, а потому что в 1596г. украинские иерархи во главе с митрополитом Киевским, Галицким и Всея Руси Михаилом (Рогозой) ушли к папе римскому. Таким образом, заявляя в своем томосе о «восстановлении ставропигии», патриарх Варфоломей пунктиром обозначил канонические претензии и на территорию «компактного» богослужения УГКПЦ. Но там, похоже, на это не обратили внимания. Или обратили. К этому вопросу вернусь чуть ниже.

Другое дело, что совершенно непоследовательной и пораженческой выглядела при этом позиция упомянутых автокефальных церквей. Вместо того чтобы везде протрубить, что мы, незалежные, уже есть, что мы истинные служители Господа ничуть не хуже других подобных организаций, они по факту молча признали, что до томоса от Константинопольского патриархата были не совсем православными, что проводили обряды, которые не имели права проводить, а значит вводили потребителей в заблуждение относительно доброкачественности своих услуг. Для людей невоцерковленных все эти обстоятельства могут казаться полной глупостью, — гробки, прорубь и выходные на Рождества никуда же не деваются, — но вот что делать миллионам практикующих христиан, столько лет поддерживавших, как выясняется, … протестантские секты?

То, что какие-то большие знатоки сегодня уверяют народ, что на самом деле все нормально, что после томоса задним числом все не канонически крещенные, венчанные, отпетые автоматически становятся истинно православными, кажутся мне, бедному православному атеисту, легким преувеличением. Это какое-то мормонство, а не христианство. Кто не знает, американец, ступив в общину мормонов, автоматом принимает в нее и всех своих предков без различия их вероисповедания, спасается, так сказать, «генеалогически». А вот если следовать традициям украинского православия, все люди, крещенные в этих, как мы теперь видим, неканонических церквях, чтобы попасть к причастию вообще-то должны, по меньшей мере, покаяться. В этом плане сильно повезло современным студентам Киево-Могилянской академии, их предшественникам в XVII веке после поездок по линии униатов на стажировку в Европу вообще приходилось после возвращения вновь принимать православное крещение, порой по нескольку раз за срок обучения.

Впрочем, во «втором Риме», после оккупации его магометанами в 1453 г., правила никогда не были так строги, а каноны подстраивались под политическую конъюнктуру. Принимая в 90-е годы под свой омофор украинские неканонические общины США и Канады, патриарх Варфоломей просто выдал им соответствующую бумагу с печатями без всяких литургических процедур и в той же иерархии. В результате в сентябре мы получили от него двух американских экзархов, один из которых крещен греко-католиком, а второй, — злопыхатели вообще говорят, что «православие» — его профессиональная легенда. Прости Господи, но в наши дни каноническое право чем-то напоминает холодильник: готовим гефильте фиш — достаем щуку, жарим шаурму – размораживаем барашка. С Москвой воюем, о Риме молчим и т.д. И можно быть уверенным, что после состоявшегося в субботу собора и наши отечественные неканонические священнослужители станут каноническими без каких-либо формальностей. Один из них – бывший митрополит УПЦ КП Епифаний (Думенко) в нововоссозданной ПЦУ уже сохранил звание, хотя это вопрос – из мирян его хиротонисали или из священнослужителей. Впрочем, отечественная правовая система также спокойно игнорирует элементарные нормы обычного права: принимать или отменять решения задним числом и в Верховной Раде, и наших – вполне обычное дело. Но чего не претерпишь и не нарушишь ради великой цели – автокефалии.

Но в том-то и вопрос, насколько и вообще ли «автокефальна» ПУЦ? Википедия (богословские справочники по определению тенденциозны) дает следующее толкование этого понятия в административно-юридическом плане: «Автокефальная церковь в современном понимании есть поместная Православная Церковь с признанной за нею территорией, на которой, согласно каноническому праву, не должны действовать другие поместные Церкви. Автокефальная Церковь не является ни иерархически, ни административно частью другой Православной Церкви. Статус автономии отличается от автокефалии тем, что предстоятель автономной Церкви после избрания должен быть утверждён (рукоположён) патриархом одной из автокефальных Церквей». Не вдаваясь в канонические тонкости, к этому следует добавить, что прерогативой полной автокефалии является право производства мира (мироварение) для совершения таинств, а также право высшего церковного суда и прямого общения с другими автокефальными церквями без посредничества «материнской церкви».

Следует сказать, что Константинопольский патриархат имеет свое мнение относительно статуса автокефальной церкви. Претендуя на первенство и особый статус в православном мире, он отрицает «федеративный» характер вселенской церкви и «полную автокефалию» ее членов, что уже 400 лет служит основной темой препирательств «Второго Рима» с «Римом Третьим». В томосах об автокефалии, которые Константинопольские патриархи даровали поместным церквям с сер. XIX в. (Элладская, Болгарская, Сербская и т.д.), повсеместно отрицается их право варить миро и оставляется за собой право высшего арбитража. Тонкий вопрос — с какого момента поместная церковь может считать себя по-настоящему автокефальной, поскольку, с одной стороны, «начать процедуру» может материнская церковь (фактически почти всегда это Константинопольский патриархат, которому на халкидонском соборе 450г. император Маврикий препоручил опекать всех обращающихся в истинную веру язычников), но с другой, для окончательной легализации автокефалии необходимо единогласное решение всех предстоятелей автокефальных церквей, дающее поместной церкви право на равных принимать участие в «работе» Вселенских соборов. Последнее — иногда формальность, а иногда нет, особенно если речь идет о границах канонических территорий и их совпадении с современными политическими границами.

Судя по документам об автокефалии ПУЦ, Константинополь предоставил нам свой стандартный вариант. И здесь не лишне сравнить томос об автономии, который в 1990 году украинская православная церковь получила от Московского патриархата, с тем, что нам спустили из Стамбула. Согласно русскому правилу страшно зависимая от Кирилла и Путина украинская церковь избирает митрополита самостоятельно и соборно, затем его благословляет патриарх (что вообще-то ритуальная формальность). Как предстоятель поместной, но не автокефальной церкви Киевский митрополит УПЦ МП не имеет права варить миро, это таинство ежегодно совершается Московским патриархом. При этом в заседаниях синоде (так сказать, ЦК) РПЦ принимают участие два украинских иерарха, причем один на постоянной основе, контролируя тем самым политику материнской церкви, экономические вопросы и т.д. По крайней мере, в такой ситуации невозможен последний «константинопольский» казус с роспуском экзархата православных русских церквей Западной Европы, о которой ее глава архиепископ Хариопольский Иоанн узнал из СМИ. И что-то мне подсказывает, что сохранение «автономии» УПЦ МП до сих пор в значительной мере обусловливается не столько страшным желанием Москвы снабжать нас миром и благословлять предстоятеля, сколько желанием ее руководства «на постоянной основе» принимать участие в корпоративно-финансовых раскладах самой богатой православной церкви на планете Земля.

По версии Константинополя митрополита ПЦУ, что мы наблюдали в воскресенье 15 декабря, также выбирает поместный собор, вроде бы отдельного благословения высшей инстанции не требуется. (Кстати, Петр Порошенко должен быть недоволен, что возведение митрополита проводил не патриарх, что выглядело бы солидно). Но при этом не надо забывать, что томос можно дать, а можно и отобрать, как, например, случилось с постановлением 1686г. о передаче киевской митрополии под контроль МП. ПУЦ согласилась с тем, что отныне «работает» на канонической территории Константинопольского патриархата (под его ставропегией), и если что будет не так, никакое заступничество Банковой или украинских святых не спасет новосозданную нашу митрополию от «волюнтаризма» материнской церкви. Кстати, о святых, их «кандидатуры» отныне также должны будут утверждаться в Стамбуле. При этом об участии украинских представителей в работе руководящих органов КП речь не идет, в то же время именно им передается право высшего арбитража по всем существенным вопросам. Что касается мироварения, традиционно Константинополь категорически настаивает на том, что эта прерогатива в православном мире принадлежит только ему. Короче, что-то больно куцая автокефалия получается. Ну и патриарха у нас теперь уже никогда не будет. (Так что это большой вопрос для ПЦУ: куда теперь девать владыку Филарета). Можно возразить, что значительная часть современных автокефальных церквей православного мира живет практически по тем же правилам, но тут есть одна существенная закавыка: при создании к ним ни у кого из коллег не было претензий. Казалось бы, что мешает Варфоломею упразднить Московский патриархат, чей первый предстоятель Иов был поставлен на патриаршую кафедру Константинопольским же патриархом Иеремией ІІ? – К сожалению, его автокефалию когда-то утвердили аж два вселенских собора.

Допустим, мирян можно обмануть, они духовных академий не кончали, но профессиональные-то священники прекрасно понимают, что произошло. Новоизбранный Киевский митрополит Епифаний, которого нельзя заподозрить в невежестве, в 2013 году прямо заявлял в интервью порталу «Релігія в Україні»: «Ми не бажаємо бути під омофором Московської патріархії. Нас не задовольняє й те, щоб ми стали екзархатом чи митрополією Константинопольського патріархату. Бо тоді будуть дві визнані українські церкви: Українська православна церква Московського патріархату і Українська православна церква Константинопольського патріархату. А де ж тоді буде справжня Українська православна церква? Тоді не буде української церкви. А будуть церкви різного підпорядкування. Тому ми мусимо створити свою Помісну Українську Православну Церкву» (https://www.religion.in.ua/zmi/ukrainian_zmi/23682-mitropolit-epifanij-ukrayinci-zasluzhili-mati-pomisnu-pravoslavnu-cerkvu-pri-comu-ne-pritisnyayuchi-inshix-viruyuchix.html). Вообще-то такая открыто «националистическая» позиция еще в 1872 г. была осуждена Константинопольским патриархатом как ересь филетизма, а ее болгарские приверженцы лишены сана и отлучены от церкви. И действительно, согласно православным канонам (апостольским правилам) канонические территории (независимые патриаршие престолы) не обязаны совпадать с политическими границами и принцип один президент – один патриарх не действует, хотя в истории попытки его реализовать на практике осуществлялись многократно, в том числе при живом участии самих же поместных церквей. К примеру, Турецкая республика не признает за Константинопольским патриархатом вселенского статуса и расценивает его исключительно как церковь православных турок.

Говоря без религиозного пиетета, все постановления вселенских соборов, на которые опирается православное законодательство, в том числе и канонические претензии нашей новой-старой «материнской церкви», принимались бог знает когда под прямым контролем и в интересах римских (византийских) императоров: были, так сказать, подперты дулами танков. И действительно, какое право без правоприменительного органа. Ватикан решил этот вопрос, создав папское государство, православным же после краха христианских империй все время приходится «прилепляться» к светской власти на местах. Так было, так есть. В той же современной России МП средствами своей агитации мог бы преследовать тех же Свидетелей Иеговы долго и без какого-то результата, если б не «духовная поддержка» ФСБ, ГП и МВД. До революции ситуация была еще хуже, поскольку церковь не только не была отделена от государства, но управлялась его чиновниками. Характерно, что и в своих обращениях патриарх Варфоломей особенно подчеркивает роль светского государства в деле утверждения своей новой поместной церкви. Понятно, что никто прямо не говорит: освобождайте под нас монастыри и храмы, паства — дело наживное, была бы недвижимость и экономическая база, но люди на местах могут понять ситуацию именно так.

В 90-е гг. мы все это уже наблюдали, и возвращаться к пройденным урокам не хочется. Но если нам всем не повезет, дата 17 декабря 2018г. может оказаться на одной доске с другой — 19 октября 1596г., с провозглашением Брестской унии. Тогда, если кто не помнит, собор украинских иерархов постановил послать подальше Константинополь с его томосами и вселенскими претензиями и перешел под власть папы римского. Так образовалась украинская греко-католическая церковь, существующая и поныне, на три десятилетия православие на всей территории Речи Посполитой было объявлено вне закона, ее имущество конфисковывалось властями, а христиане восточного обряда поражались в политических и экономических правах. Доводы тогда у Варшавы были примерно такие же, что и сейчас у Киева: пособничество Москве, нац. возрождение Польши, каноническая чистота церкви и т. пр. Репрессии и издевательства были самые разные. Кстати именно в это время, по всей видимости, сформировался украинский народный антисемитизм. Ключи от церквей по приказу Варшавы должны были храниться у местного корчмаря-еврея, без разрешения которого нельзя было ни служить, ни крестить, ни женить. Отдача, как мы знаем, была бурной и кровавой. За веру православную украинцы воевали с поляками и друг с другом более полувека. В 1686 г. между Польшей и Россией был наконец подписан Вечный мир, по которому левобережная Украина отошла к Москве, а город Киев с окрестностями был продан проклятому царизму за 146 тыс. рублей. Тогда же Московская патриархия вытребовала у Константинополя пресловутый томос на Киевскую митрополию, поскольку в стране, где государство и церковь не разделены двух канонических территорий быть не может.

Сегодня Константинопольская патриархия празднует историческую победу. Будучи церковью маленьких, преимущественно греческих диаспор, разбросанных по всему миру, с около 2 млн. прихожан, он получает благодаря Украине огромное прибавление. Но вот долго ли он будет праздновать успех? Я даже не о судьбе УПЦ МП. Конечно, будет цирк, если Москва также выдаст своей «дочке» томос на автокефалию (а у нее есть это право), Кирилл возведет Онуфрия в патриархи Киевские и всея Украины по тому же уставу, что и Константинополь Епифания, и будет тогда Верховная Рада ломать голову, что делать с кашей, которую заварили политики с пошлой целью привлечь голоса на президентских выборах. Я о другом. Вроде никто из комментаторов не обратил внимания на интересный пассаж в приветственном письме предстоятеля УГКЦ верховного архиепископа Киево-Галицкого Святослава новоизбранному митрополиту Киевскому и всея Украины Епифанию. А именно: «Хоч ще сьогодні ми не перебуваємо в повному євхаристійному сопричасті, однак покликані спільно долати перешкоди, які стоять на шляху до єдності. Цю історичну місію та фундамент майбутнього патріархату об’єднаної Київської церкви заклали ще славні церковні мужі Петро Могила та Йосиф Велямин Рутський». Как видим старая идея об украинской православной патриархии в лоне Римско-католической церкви не покидает УГКЦ, и сегодня, может быть, как никогда ранее она так не близка к воплощению в жизнь. У наших священнослужителей есть исторический опыт откалываться от Константинополя, почему бы при определенных обстоятельствах не повторить его снова? В любом случае в Рим ездить во всех интересах интереснее, чем в Стамбул.

И в заключение о себе. Креста на мне нет. В прорубь за простатитом я зимой не прыгаю. Вареные яйца не люблю, как и сладко-жирные кексы (от них толстеют). Особо не грешу не потому, что боюсь страшного суда Митры, а потому что, как в последнем Пелевине, следующую жизнь хочу провести где-нибудь на солнечном пляже, а не в ОРДЛО или в Туруханском крае. Поэтому с чистой совестью цитирую Конституцию Украины, хоть ее текст и противоречит священному преданию православных христиан. Ее 35-я статья, кто уже забыл в суматохе избирательной компании, прямо гласит: «Кожен має право на свободу світогляду і віросповідання. Це право включає свободу сповідувати будь-яку релігію або не сповідувати ніякої, безперешкодно відправляти одноособово чи колективно релігійні культи і ритуальні обряди, вести релігійну діяльність. Здійснення цього права може бути обмежене законом лише в інтересах охорони громадського порядку, здоров’я і моральності населення або захисту прав і свобод інших людей. Церква і релігійні організації в Україні відокремлені від держави, а школа — від церкви. Жодна релігія не може бути визнана державою як обов’язкова». Это, конечно, не правило Халкидонского собора 450 г. новой эры, (слава Богу, что еще не старой), на котором патриархат Константинополя – Нового Рима обосновывает свои вселенские претензии, но это Основной закон Украины, и хотелось бы, чтобы власти его блюли. Уважать его — от них давно не требует.

Андрей Печерский, «ОРД»

ОРД

21.12.2018

Материалы по теме

Атомос деградации